В мирное время она была обычной девушкой, но когда муж ее умер, жизнь резко изменилась. Теперь она вынуждена выбирать между своей идеей суррогатной материнской услугой и безопасностью. Каждый шаг в этом нелегком деле открывает новые загадки и опасности. Встреча с неожиданными людьми и умение решать сложные задачи становятся ключевыми факторами для выживания и достижения цели....
Обозвав себя «идиоткой», она медленно подняла одну руку и опустила её на лопатку Сардынова.
Он замер.
— Тебе плохо, — она не спрашивала. — Кошмар, да? И… Тимур, у вас…у тебя температура. Жар.
Он молчал. Шумно дышал её в шею и молчал.
Валерия растерялась. Что делать дальше? Что предпринять?
— Дай воды, — когда она услышала его голос, даже вздрогнула. Думала — не ответит.
— Пожалуйста.
А от его «пожалуйста» и вовсе готова была разрыдаться.
Да что же за ночь такая… Проклятая?
Тимур скатился с неё, и лег на спину, закрыв глаза.
Уже откровенно сдерживая слезы, она неуклюже встала с кровати и, подойдя к столику, такими же дрожащими руками налила из жбана воды."
"Вернувшись к кровати, увидела, что Тимур по-прежнему находился на том же месте. Ни на сантиметр не сдвинулся. Как лежал, так и лежит.
— Вот вода.
— Спасибо.
Он сел резко. По-мужски. Отчего снова заставил Леру непроизвольно вздрогнуть.
Н-да… Картина та ещё. Она, голая, поит мужчину, такого же голого, только страдающего непонятно какой болезнью. И с выпитым алкоголем тут никак не свяжешь. Для похмелья — рановато. Да и не выпил он столько, чтобы вот так его потряхивало.
Как только стакан опустел, Лера поставила на прикроватную тумбочку и обеспокоенно предложила:
— Давай я позову Диану. Или вызову врача.
Тимур снова закрыл глаза.
— Нет, — одно-единственное слово сказало Лере, что спорить и настаивать даже не стоит пытаться.
Спать? Вот так снова лечь спать?
Эмоции бились через край. Захотелось накричать на него, обматерить.
Лера продолжала стоять у кровати, беспомощно наблюдая, как Тимур переворачивается, возвращаясь к нормальному расположению на кровати и ложится на подушку.
На её подушку.
— Иди сюда, — он, закрыв снова глаза, похлопал рядом с собой.
Белоснежная простынь чуть заметно шелохнулась.
Нет…Нет… Нет…
Лера против!
Она не желает спать с ним рядом!
Вот вообще! Никак! Не под каким предлогом! Никаких ночных объятий!
— Иди-сюда, — уже более жестко.
Морща лицо и едва не плача, Валерии ничего не оставалось делать, как вновь вернуться на кровать и лечь рядом.
Чтобы сразу же почувствовать, как её аккуратно, но решительно укладывают на ненормально горячую взмокшую грудь.
— Спи.
Лера крепко-крепко зажмурилась. Как в детстве. Когда было страшно. Ей и сейчас стало очень страшно.
