В мирное время она была обычной девушкой, но когда муж ее умер, жизнь резко изменилась. Теперь она вынуждена выбирать между своей идеей суррогатной материнской услугой и безопасностью. Каждый шаг в этом нелегком деле открывает новые загадки и опасности. Встреча с неожиданными людьми и умение решать сложные задачи становятся ключевыми факторами для выживания и достижения цели....
Связь оборвалась, а Лера продолжила ещё некоторое время сидеть, смотря на потухший экран смартфона. Потом обессиленно откинулась на спинку дивана и засмеялась сквозь слезы.
Спасибо тебе, Господи, за всё спасибо.
Девушка улыбалась, даже не пытаясь остановить слезы. Они ей сейчас были необходимы. Как освобождение. Как облегчение.
Значит, с Генычем всё в порядке. Если шутит и обещает ей надрать задницу, значит, всё хорошо.
Не в состояние и дальше сидеть на месте, Лера вскочила, прошла в ванную, где долго плескала холодную воду в лицо.
— Я уполномочена ответить отказом?
Берестов удивился, но смог быстро взять эмоции под контролем.
— Я хотел тебя развеять.
— Спасибо, не надо.
Мужчина чуть заметно прищурил глаза, более внимательно рассматривая стоящую перед ним девочку. С их последней встречи она мало изменилась. Такая же бледная и нервная. Анатолий думал, что знакомство с Дианой и жизнь в доме Сардынова придаст её лоска. Ошибся."
"Лера посмотрела на своё отражение в зеркале и подмигнула. Она знает, с кем хочет поговорить.
Выбежав из ванной, девушка схватила оставшийся лежать на диване телефон и вызвала такси.
Они, наконец, подписали контракт.
Тимур стоял у панорамного окна и смотрел на живущий своей жизнью ещё один город. Незнакомый. Чужой. Который он если не покорит — ему давно уже не надо никому ничего доказывать, — то, по крайней мере, сделает частицей своей жизнью.
Они выиграли тендер. Что и следовало ожидать. Год кропотливой работы дал свои положительные результаты, что не могло не радовать. По логике, Тимур сейчас должен был праздновать со своей командой в ресторане, который он полностью арендовал.
— Ты не едешь с нами, брат?
Тимур качнул головой.
— В другой раз.
— Любопытно.
— Тамим, не сегодня. Прошу.
У него с утра было странное настроение. Осенняя хандра что ли, мать её ети? Когда все раздражает и ничего не возбуждает, не будоражит кровь, не заставляет душу замирать в предвкушении. С возбуждением он, малость, поторопился.
