В эпицентре невероятной истории — поезд, который кажется обычным, но в действительности не знает усталости и остепенности. Перед тем как ты поймешь, что уже более трёх дней летишь на соседней планете, тебе предстоит провести несколько сюрреалистических ночей за кассетной дверью поезда, где воздух тонк и мистический, а каждое движение — таинственный эликсир....
Потому что перчатки дают бонусы к стрельбе, а штаны и куртка не дают. И тем не менее. У меня уже шесть предметов из комплекта. Еще немного, и соберу полный сет. А это даст дополнительные и очень весомые бонусы. Хотя, уже и с тем, что имею, к двадцать пятому уровню я тоже мальчиком для битья не являюсь.
Осталось мелочь — победить в игре. Иначе все эти достижения и крутые предметы отправятся коту под хвост. Только с победой я смогу окончательно присвоить себе доспех и повысить магический потенциал. Мне есть за что бороться.
Глава 18
Проснулся от того, что на улице кто-то кого-то довольно громко отчитывал и, по-моему, даже бранился. Узнать подробности не у кого. Сундук, на котором ночевал деда, заправлен. Лежак, на котором спал Кеша, растрепан, но тоже пуст. Я спал дольше всех.
Может, Мишка рядом? Подхожу к окошку и толкаю створку. Мой главный агрегатор деревенских новостей трется возле избы. Мишка на посту.
— Окунек, заходи… чего у тебя в чугунке?
— Вареная картоха с укропом, — отвечает Мишка, протискиваясь в избу, — И пирог с квашеной капустой… и еще лещь… жирнючи-ий.
— Пойдет… ставь на стол… я только умоюсь. А кто там ругается?
— Старый нжинер ругает молодого.
— Кешку что ли?
— Ну того, высокорослого, который с Питера приехал.
— За что ругает? — наваливаюсь на еду, лещ и впрямь жирный, с картошечкой в самый раз.
— Молодой нжинер чуть старый трактор не спалил."
"— Ого. Сейчас доедим, сходим.
Отзавтракав, выходим на улицу. Ругань уже стихла, но Кеша еще мотыляется возле гаража. Вид у него довольно растрепанный.
— Кеша, чего там стряслось?
— Серге-ей Никола-аич, — обиженно тянет Кеша, — Я им прибор сделал… для маго-сварки… а они вон…
— На звук моего голоса из гаража тут же выбегает Березников.
— Да я разве против прибора? Инокентий, я вам очень признателен. Но вы же чуть цех не сожгли… — инженер оборачивается ко мне, — Представляете, граф, впервые вижу, чтоб металл горел… не плавился, а именно горел.
— Я же объяснил, — оправдывается Кеша, — С подачей кислорода переборчик вышел.
— Поток вышел на славу, — покладисто соглашается Березников, — Зрелище горящего трактора навсегда останется в моей памяти, но я вас умоляю… продолжайте ваши опыты на пустыре… а еще лучше за реку идите… если вы спалите степь и выкурите из нее степняков, вам только спасибо скажут.
Не вижу смысла влазить во взаимоотношения двух инженеров. Разберутся без меня.
— Как в целом? — спрашиваю Березникова.
— В целом… в целом корпеем потихоньку.
