В эпицентре невероятной истории — поезд, который кажется обычным, но в действительности не знает усталости и остепенности. Перед тем как ты поймешь, что уже более трёх дней летишь на соседней планете, тебе предстоит провести несколько сюрреалистических ночей за кассетной дверью поезда, где воздух тонк и мистический, а каждое движение — таинственный эликсир....
Его руки давно окутаны вязкой коричневатой силой земли. И теперь эта магия ухнула на землю, как многотонный валун, вызывая локальное землетрясение. Площадка перед гаражом разверзлась ненасытным ртом размером с баскетбольную площадку.
Твари повалились в этот огромный земляной рот. Даже те, что немного отстали, не смогли погасить скорость бега, и посыпались следом. Вот так «погребение». Грунт вокруг того рта пошел обсыпаться, и сразу две машины начали тоже сползать в пропасть.
Но я не успел даже окрикнуть сидящих на водительских местах мужиков.
— Силен, — погранцы обступили мага со всех сторон, — Тебе бы в бойцы.
Ведмедчук отплевался от густой подбрюшной шерсти, вернул человеческий облик и с уважением поглядывал на земляного стихийника.
— Мне и так неплохо, — снисходительно усмехается тот.
— Чего? Нравится баранку крутить?
— А почему нет.
Действительно. С нашими ухабами умение чрезвычайно полезное. И я так думаю, на должности элитного водителя этот маг получает жалование, какого весь пограничный взвод не получает. Однако не к месту сейчас обсуждать преимущества комфортности езды и престижности работы. Дело еще не сделано. Надо что-то решать с провалом.
Отправляемся к реке всей гурьбой, и баба Нюка с Белкиной тоже с нами пошли, оставив с ранеными только Анюту.
— Вероника Кондратьевна, что думаете про тот провал? Получится закрыть?
— На то я и привратник, чтоб с такими штуками управляться. Пойдем, граф. Надо своими глазами увидеть.
Но когда мы подошли к реке, баба Нюка покачала головой.
— Это не провал, граф.
— А что же?
— Это портал… настоящий рукотворный… и пробит он не отсюда. Он пробит с Изнанки.
— Разве так можно?
— Много чего можно. А в здешних местах и вовсе аномалия. Ее склонны относить к особенностям литосферной плиты.
— А попроще?
— Если попроще, — встревает Белкина, — То обычно в каждый изнаночный мир существует только по одному порталу.
— Так, а здесь?
— А здесь в центре континента наоборот. Сколько порталы не пробивай, все ведут в один и тот же мир.
— То есть, если я правильно понял, кто-то спустился на Изнанку, прошел по ней точно под нашу деревню Лучково и пробил обратный портал?
— Именно. И тварей оттуда нагнал.
— Понятно. В десяти километрах отсюда Клещовская артель.
