В эпицентре невероятной истории — поезд, который кажется обычным, но в действительности не знает усталости и остепенности. Перед тем как ты поймешь, что уже более трёх дней летишь на соседней планете, тебе предстоит провести несколько сюрреалистических ночей за кассетной дверью поезда, где воздух тонк и мистический, а каждое движение — таинственный эликсир....
— Командуй, подпоручик, — бросил я Комаринскому и спрыгнул с гаража.
Управлять войсками я все равно не умею, а бросать Анюту с раненым в горящем доме не могу. Как назло окна той избы выходят на сторону степняков. Через них ни влезть, ни вылезть. Я добежал до угла подпаленной избы и уже собирался рвануть к двери, когда меня сбили с ног.
— Охолоните, Сергей Николаич, — прошептал мне деда, прижимая к траве, — Вы за всех тут отвечаете.
— Она же сгорит там…
— Это моя забота… подсадите меня, Сергей Николаич…
Деда помог мне подняться на ноги.
— Тикай оттуда, граф, — прокричал мне с гаража Комаринский, — Они прорвались.
Степняки закончили растаскивать завал и въехали в деревню. И снова натолкнулись на отчаянное сопротивление. Если они думали, что мужики просто попрятались за избами, если ожидали, что сейчас проскачут с ветерком по деревне, вырезая всех подряд, то они ошибались… и довольно жестоко.
"Они напоролись на вторую линию обороны, еще более мощную, чем первая. Мой оперативный штаб отлично все продумал. Степняки радовались, что прорвались в деревню, но на деле они сами залезли в мешок «с кулаками». В таком тесном пространстве конница не имеет никакого преимущества, наоборот, становится уязвимой и почти беспомощной.
Вот только я, кинувшись выручать Анюту, оказался за укреплениями и попал под раздачу. Из-за угла дома прямо на меня выехал Балакбай.
— Прощайся с жизнью, новый барин, — Он поднял в замахе кривую саблю и пришпорил коня.
Я разрядил в него перо. Не убил, конечно. Но разбойник на несколько мгновений утратил контроль над телом и свалился с лошади. Не дожидаясь, когда он очухается, я выбил саблю из его руки, но больше сделать ничего не успел. Балакбай пришел в себя практически мгновенно.
Он еще не поднялся на ноги, а сразу выхватил засапожный нож.
Я прыгнул на него, попытавшись перехватить руку с ножом, и мне это удалось. Мы начали бороться, но очень скоро стало ясно, что Балакбай меня гораздо сильней. Он опрокинул меня на спину и вырвал из захвата руку с ножом.
Я попытался ударить его клыком в шею, но разбойник отпрянул.
