Автор
В глубинах космоса комаринский продолжает ругаться по-прежнему, когда ты его отключаешь. Тьфу, тьфу! Всегда есть моменты неудачи. Наконец, готовый, ты активируешь слияние и поднимаешься в воздух, наконец-то выйдя из зоны видимости. После очередного уровня повышения, твой крейсер увеличивается в размерах и мощности, становясь настоящим монстром во всем пространстве....
Что с нее взять, восемнадцать лет. Дите дитем.
— Ты Анюту подключи, — перевожу взгляд на помощницу, — Ань, поможешь с организацией?
— Помогу конечно, — глаза у Анюты горят тем же огнём, она тоже хочет балы, красавицы, лакеи, юнкера…
— Вот и порешали, — поднимаюсь из-за стола, — Вы тогда обсуждайте. А я вам мешать не буду.
Хотел перед переносом на Бикру два обмозговать сложившуюся там обстановку. Корвет поврежден взрывом, а значит карьера космического егеря окончилась, не начавшись. Работать за двести кворков в месяц совершенно не прельщает.
В интерфейсе вдруг вспыхнула иконка с изображением орка. Любопытно, что ему от меня понадобилось. Меняю маршрут, спускаюсь в подвал и переношусь на Великий Базар. Торговая точка орка на базаре сильно отличается от малюсенького закутка, который он занимал в вагоне метро. Здесь у него с торговыми площадями дефицита не наблюдается. В центре зала даже выставлен полноразмерный образец знаменитой стальной стрекозы, только что не в боевом обвесе.
— А-а, Кротовский, — орк машет мне ручищей из-за прилавка, в таком большом помещении он не выглядит таким огромным, — Подходи, не стесняйся… где ты пропадаешь, Кротовский? Тебя не докличешься.
— А смысл, мне к тебе ходить без черных макров, — совершенно не понимаю наезда, — Я как-то не заметил над твоей конторой вывеску «благотворительный фонд доброго орка»
— Все верно, — хмыкнул орк, — Такой вывески у меня нет. У меня вообще нет вывески. Ко мне с улицы не ходят.
— Ну ок, будем считать, что я пришел не с улицы. Только у меня все равно нет на кармане партии черных макров.
— Тут ты ошибаешься, К’готовский, есть такая па’гтия! — орк вытянул в сторону горизонта руку с оттопыренным указательным пальцем, явно попытавшись изобразить вождя мирового пролетариата.
— Орчище, ценю твои потуги. Но для стендапа ты слишком солиден, к тому же свирепо выглядишь. Комедийный жанр явно не твой.
— Ничего ты не ценишь, Кротовский, — орк махнул на меня рукой, будто совершенно во мне разочаровался, а затем выставил на прилавок целую коробку черных макров.
— Это что?
— Это твое, Кротовский. Ты спас тот мир и свалил, оставив гору мёртвых раптов.
— Та-ак… и?
— Благодарные жители макры достали и попросили меня отдать. Вот, отдаю. Плазма лично притащила эту коробку.
— О как.
— Вот так, Кротовский. Ты привык думать о людях хуже, чем они есть на самом деле.
— Орчище, давай без нравоучений.
