Главный герой оказывается в центре грандиозного конфликта между мирами, расположенными на древе миров. Кротовский, похоже, втянут в политические интриги, где знание о структуре реальности становится источником власти. Ему предстоит разобраться, почему древние миры на стволе столь важны и...
— Помню, что их двое.
— Они летят намного выше тебя. Попадешь?
— Попаду.
Активирую систему наведения. Четыреста метров до цели. Свожу прицельные метки. Выстрел… и сразу еще выстрел… две тушки суповыми наборами падают вниз. Отлично. Отличное подспорье от орка в виде дополнительного бронебоя. Толстая шкура курозавров не спасла.
— Неплохо, — комментирует Гамлет, — Тебе еще научиться летать выше проводов…"
"— Гама, не выпендривайся. Мы все и так знаем, что ты крутой ас бессамолетник.
Собственно, всю оставшуюся кодлу я мог и сам перебить с воздуха. Но хотелось испытать весь спектр новых возможностей. Ныр вступил в бой со сворой собащеров и вышел уверенным победителем. Его новая шкура оказалась им не по зубам. Зато сам Ныр «капканными» челюстями рвал собащеров как тряпки.
Я вел отстрел с безопасной высоты. Может, выше проводов я пока не летаю, но и так до меня враг не допрыгивает. А вот зачем в схватку полез Гамлет, когда такого приказа ему не давали… видимо, взыграло ретивое… видимо, тоже захотелось показать удаль молодецкую…
Черный спикировал на рапта, возомнив себя коршуном, и его чуть не сбили. Помогло «бритвенное крыло». Гамлет отсек загребущую кисть, увернулся от еще нескольких и взлетел на безопасное расстояние.
— Куда грабки тянете? — возмущенно заголосил птич, — Руки прочь от фронтовой авиации.
— Гама, дурила, — ругаю черного, — Сам виноват. Ты, блин, разведывательная авиация, а не штурмовая. Больше так не делай.
— Да пожалуйста, — Гамлет сел на вершину фонарного столба и нахохлился обиженно.
Добив рой, мы вернулись к рейду. Вроде отсутствовали не больше получаса, а люди начали нервничать.
— Кротовский, где ты был? — Плазма всплеснула руками, — Мы думали, рапты тебя порвали.
— Все в порядке. Так получилось… вступили в бой…
— Вступили в бой, — рассерженно повторила Плазма, — Мы за тебя переживали.
Короб скроил скепсис на лице, давая понять, что слово «мы» здесь неуместно. Переживала за меня в основном одна Плазма.
Я залез в кабину, заставив Плазму потесниться на пассажирском сидении, и показал, куда ехать. На месте ребята из рейда увиденной картине обрадовались. Сражаться не пришлось. Сразу приступили к вырезанию макров. Я не лез и не претендовал. Со слабого роя куш будет небольшой, будем считать его моей платой за гостеприимство.
Вернулись в хорошем настроении. Я думал, рейд отправится еще чем-нибудь поживиться, но Плазма оказалась женщиной суеверной. Сказала, что жадность до хорошего не доведет.
