Жанр
Наследница Цинтры, воспитанница ведьмаков Каэр Морхена и чародейки Йеннифэр, оказывается в центре событий, где разворачивается борьба за власть среди королей и военачальников. Мир наполнен ожиданием беды, а кровь эльфов становится причиной неразрешимых конфликтов.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Кровь эльфов»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Наследница Цинтры, воспитанница ведьмаков Каэр Морхена и чародейки Йеннифэр, оказывается в центре событий, где разворачивается борьба за власть среди королей и военачальников. Мир наполнен ожиданием беды, а кровь эльфов становится причиной неразрешимых конфликтов.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Денис Дмитриевич Гордеев Легкое чтение Фантастика Фэнтези подборки серии
Наследница Цинтры, воспитанница ведьмаков Каэр Морхена и чародейки Йеннифэр, оказывается в центре событий, где разворачивается борьба за власть среди королей и военачальников. Мир наполнен ожиданием беды, а кровь эльфов становится причиной неразрешимых конфликтов.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Эмоциональные связи…
– Не говори мне об эмоциях! Я сыт по горло болтовней об эмоциях!
– Почему же? – насмешливо и холодно проговорила чародейка. – Почему, Геральт? Цири – нормальный ребенок. Она нормально все чувствует, воспринимает эмоции естественно, принимает их такими, каковы они в действительности. Ты, разумеется, этого не понимаешь и удивляешься. Тебя поражает и раздражает то, что кто-то может испытывать нормальную любовь, нормальную радость, нормальный страх, боль и обиду, нормальную ненависть и нормальную печаль. Что именно холодность, отстраненность и безразличие считает ненормальными. О да, Геральт, тебя это раздражает, раздражает до такой степени, что тебе в голову лезут мысли о подземельях Каэр Морхена, о лаборатории, о покрытых пылью бутылях с мутагенными отравами…
– Трисс! – крикнул Весемир, глядя на побелевшее лицо Геральта.
Но чародейка не позволила себя прервать, она говорила все быстрее, все громче:
– Кого ты намерен обмануть, Геральт? Меня? Ее? А может, самого себя? Может, не хочешь подпустить к себе правду, правду, которая известна всем, кроме тебя? Может, не хочешь признать тот факт, что эликсиры и травы не забили в тебе эмоции и человеческие чувства! Ты забил их в себе сам! Ты сам! Но не пытайся убивать их в этом ребенке!
– Молчи! – крикнул ведьмак, вскакивая со стула. – Молчи, Меригольд. – Он отвернулся, бессильно опустил руки, потом тихо сказал: – Извини, Трисс. Прости.
Он быстро направился к лестнице, но чародейка мгновенно вскочила, подбежала к нему, обняла.
– Ты уйдешь не один, – шепнула она. – Я не позволю тебе оставаться одному. Не сейчас.
Они с самого начала знали, куда она побежала. Вечером шел мелкий, мокрый снег. Он затянул подворье тонким, идеально белым покрывалом, на котором остались следы ног.
Цири стояла на самом верху разрушенной стены, неподвижная как статуя. Меч она держала так, что гарда оказалась на уровне глаз. Пальцы левой руки легко касались эфеса.
Увидев их, девочка прыгнула, закружилась в пируэте, мягко опустившись в такой же, но зеркальной позиции.
– Цири, – сказал ведьмак. – Пожалуйста, спустись.
Казалось, она не слышит. Не пошевелилась, даже не дрогнула. Однако Трисс видела, как свет луны, отброшенный клинком на ее лицо, сверкнул серебром на струйках слез.
– Никто у меня меча не отберет! – крикнула она. – Никто! Даже ты!
– Спустись, – повторил Геральт.
Она вызывающе тряхнула головой, а в следующий момент прыгнула снова. Плохо укрепленный кирпич с грохотом выскользнул у нее из-под ноги. Цири покачнулась, попыталась удержать равновесие. Не смогла.
Трисс подняла руку, раскрыла рот, чтобы произнести формулу левитации. Но знала, что не успеет. Знала также, что Геральт тоже не успеет. Это было невозможно.
