Его присутствие было подобно холодному ветерку, дующему жарким летним днем, немного резковатому, но приятному.
- Вот так, - сказал Дэвей, обращаясь к Таггерт, - проблема решена. Пока. На вашем месте я бы заколотил дверь, забаррикадировал ее и объявил здесь карантин, до тех пор пока все не образуется. Когда я отсюда уйду, все может повториться. Нереальное стало слишком уж изобретательным в последнее время. Не говоря о том, что оно гораздо сильнее и решительнее, чем всегда. Чем скорее на троне окажется новый король, чем быстрее сможете вы получить доступ к силе Камня, тем лучше. Не нравится мне все это, очень не нравится… - Бросив быстрый взгляд на повисшую на одной петле дверь, он добавил: - Жаль, что такое случилось с Пенхаллиганами. Я не любил графа, но человек он был неплохой. Всегда находил возможность улыбнуться и сказать что-нибудь ободряющее. Наверное, трудно предположить, что детей там не было, когда все случилось? Нет… думаю, что нет. Ладно, довольно разговоров, у меня полно работы.
Он резко повернулся на каблуках и пошел по коридору. Таггерт и стражники молча смотрели ему вслед. Казалось, вокруг стало темнее и холоднее, когда ведун ушел.
- Иногда он удивляет меня, - сказал Дойл.
- И не только вас, - ответила Таггерт.
Дойл неприязненно покосился на сломанную дверь:
- А правда то, что он сказал насчет этой комнаты?
- Не знаю, - ответила Таггерт, - но, думаю, надо покрепче закрыть ее. На всякий случай. Займитесь этим, Мэтт. И, пожалуй, надо сообщить регенту, что граф Пенхаллиган и члены его семьи мертвы.
- Конечно.
Таггерт задумалась. Дэвей предложил закрыть весь коридор, но это означает закрыть доступ к покоям весьма знатных и влиятельных людей только из-за предположения, что в будущем здесь могут произойти неприятности. Придворные за это по головке не погладят. Теоретически, как Хранительница Замка, она имела более высокий ранг, чем большинство дворян, исключая только тех, кто принадлежал к королевскому роду, но у Катрионы хватало ума не слишком подчеркивать это. Сейчас, конечно, дела обстояли по-другому…
- Надо выселить всех из этого коридора, Мэтт. И чем быстрее, тем лучше. Никаких исключений, никаких отговорок. Затем поставьте стражу для наблюдения. Никого не впускать и не выпускать без сопровождения ведуна.
Дойл поднял бровь:
- Людям, живущим здесь, это может не понравиться.
- Ага, - согласилась Таггерт, - какая жалость, что богачам и знати придется немного потесниться, как черной кости вроде нас с вами.
Рот Катрионы искривился в злой усмешке. Женщина ушла, оставив Дойлу приятные хлопоты. Эта усмешка играла на ее губах еще некоторое время. Иногда Хранительнице случалось брать реванш за высокомерие, с которым придворные относились к ней и ее отцу, как к людям неродовитым.