В череде множества профессий я нашел свое место в литературе. Вдохновение и внутренний голос не давали мне покоя, и вот уже несколько лет пишу книги, которые оставляют глубокий след в сердца читателей. Кровь и честь - это новый шаг, где я собираюсь поведать историю о верности долгу и уважении к традициям....
Рядом с принцем, который, похоже, находился здесь уже какое-то время, на маленьком столике стоял серебряный поднос с деликатесами. Как и обычно, Доминик был без доспехов и меча, но он сохранял полное спокойствие, как человек, полностью контролирующий ситуацию.
- Ах ты, ублюдок, - крикнул Джордан, - как ты мог так поступить? Это же твоя жена!
- Ты даже более сентиментален, чем тот, чью личину носишь, - с некоторым удивлением произнес Доминик. - Любовь не связывала нас, актер.
Он вяло махнул свободной рукой, и одежда на Джордане и Гэвэйне моментально просохла:
- Вот так-то лучше. Не знаю, что так сильно поразило тебя, Гэвэйн? Ты всегда презирал Элизабет, как и она тебя. Или ты просто беспокоишься за судьбу замка? Не стоит. Нереальное еще не настолько сильно, чтобы пробиться сюда, минуя мои ворота.
- И чего же ты собираешься достичь всем этим? - помедлив, спросил Джордан, который едва сдерживал гнев, - Что это за цель такая, ради которой сотни людей в Западном крыле должны отдать свои жизни?
- Маленький кавардак, - ответил Доминик, - который даст моим в достаточной мере защищенным людям занять лучшие позиции в замке, чтобы сокрушить войска Луи.
- Последите за Домиником, - сказал Гэвэйн Джордану и, повернувшись к Элизабет, добавил: - А мне придется заняться этой мерзостью.
- Боюсь, что не могу допустить этого, - ответил Доминик. Мгновенно вскочив, он выбил из рук Гэвэйна его любимое оружие. - Ну, старик, теперь посмотрим, на что ты способен без своей волшебной секиры?
Гэвэйн, зло выругавшись, бросился было на Доминика, но принц только улыбнулся и сделал легкий жест левой рукой. Гэвэйн издал стон и рухнул на колени, пот ручьями потек по его лицу.
