В череде множества профессий я нашел свое место в литературе. Вдохновение и внутренний голос не давали мне покоя, и вот уже несколько лет пишу книги, которые оставляют глубокий след в сердца читателей. Кровь и честь - это новый шаг, где я собираюсь поведать историю о верности долгу и уважении к традициям....
- Мне случалось выходить на сцену перед зрителями в Хиллсдауне семь раз в неделю, а по воскресеньям даже дважды в день и теперь в этом мире найдется не много такого, что могло бы напугать меня.
К ним присоединился Родрик, который хоть и прихрамывал, но в остальном, по всей видимости, не пострадал.
- Вы тяжело ранены? - спросил он Гэвэйна. - Я уж и не думал, что вы сумеете подняться после такого страшного удара.
Гэвэйн улыбнулся и покачал головой:
- Пустяки. Пара синяков и царапин. На иной тренировке бывает пострашнее.
- Со мной тоже все в порядке, - произнес Джордан, - на случай, если вас это волнует.
Родрик посмотрел на него спокойно:
- Я и секунды не беспокоился за вас, Джордан, актеры похожи на кошек - всегда падают на ноги, как их ни брось. Кто-нибудь из вас знает, что случилось с Робертом?
- Здесь сомнений быть не может, - сказал Гэвэйн, убирая свою секиру, - чудовище отбросило его на добрых тридцать футов. У него, наверное, и косточки целой не осталось.
- К счастью, вы ошибаетесь, - раздался голос Аргента, - но чувствую я себя так, будто меня пропустили через мясорубку.
Все трое повернулись и увидели приближавшегося к ним купца. Он задержался возле обезглавленного скелета, чтобы дать тому хорошего пинка. Родрик поспешил к своему другу, чтобы предложить тому опереться на его руку, но толстяк с улыбкой отклонил помощь.
- Все в порядке, Род. Мне повезло, кусты смягчили падение. Я, правда, все равно изрядно ушибся, и бессчетные синяки еще долго будут украшать мое тело, но в целом я легко отделался.
Родрик рассмеялся и радостно закивал головой:
- Старина, уж кто-кто, а я должен был знать, что вы чертовский хитрец, а потому не дадите себя убить так просто. Нам остается только пожалеть, что нельзя никому рассказать обо всем, что здесь случилось. Уничтожение чудовища по имени Кровавые Мощи сделало бы из нас героев, живую легенду. О нас слагали бы баллады!
Тут Джордану на ум пришла мысль, которая заставила его нахмуриться:
- А почему нам нельзя никому рассказать об этом?
- Потому что официально ни вы, ваше высочество, ни мы не покидали стен Полуночного Замка, - ответил за графа Гэвэйн.
- О, да! - хмыкнул Джордан и с неприязнью посмотрел на груду окровавленных костей, валявшуюся среди кустов. - А что мы станем делать с этой дохлятиной?
- Запихнем его обратно в могилу и замуруем там, - сказал Родрик, - а вот череп придется, наверное, взять с собой. Найдем по дороге реку поглубже и там избавимся от него, чтобы уж чувствовать себя спокойно.
