Темнота клубится в окнах, где сквозь тонкие стекла проявляются холодные пятна ночи. Внутри хибары — мир безусловного доверия и жарко-закрытого тепла. Я чувствую, как кровь окутывает мою кожу, приглушая обычную боль. Пламя кружит в потолочном котле, выдыхая дым, который сажает на губах и делает язык тряской. Этот разрыв между реальностью и сном — вот где я нашел свой дом сейчас....
Похоже, «Кровь и пламя» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Но мне было не до раздумий и не до сожалений — я, несомненно, ослабил гигантского голема, но еще не убил его. Этот двуногий «пирог», наполненный ужасной начинкой, мог натворить еще много бед, отрасти и встань он на ноги. Но я не собирался дать ему подняться — эта тварь ляжет здесь и больше никогда не поднимется!
Упокаивая верещащего шурда, лишившегося большей части конечностей, превратившихся в рваные лохмотья плоти, я смотрел вперед, на бьющуюся на груде битого камня чудовищную нежить.
Ниргалы вставали один за другим — некоторые скособоченные, один потерял ногу и бесстрастно сел, схватившись за арбалет. И тут… все случилось быстро… я еще не успел решить, как поступить с шурдскими ниргалами, как за меня это решил исполинский голем, попросту оттолкнувшись потерявшими форму руками и всей своей немыслимой массой обрушившись на союзников, прихлопнув их с хрустом и визгом сминающегося металла.
Меня интересовал самый вкусный и жирный кусок… и в момент, когда нежить-великан с отвратным хрустом и чавканьем поглощал тела убитых союзников, вливая их силы и мясо в себя, я погрузил одну руку в глубокую трещину на каменном плече голема, почувствовал, как пальцы уткнулись в пульсирующую плоть.
— Пью до дна, — выдохнул я, крепко стискивая пальцы.
