Подправив седло, которое использовал вместо подушки, он накрылся буркой и уснул, словно провалился. Из объятий сна его вырвал легкий толчок в плечо. Открыв глаза, Руслан рассмотрел в предрассветных сумерках лицо своего денщика и, кивнув, сел, оглядывая лагерь.
Отряд не спеша поднимался, тут же принимаясь оправляться. Переход через степь дело непростое. Не приведи себя в порядок, не смой с себя пыль при первой возможности, и тут же получишь серьезные проблемы с кожей. Потертости и фурункулы, это самое легкое, что можно заработать от подобного небрежения правилами гигиены. Гораздо хуже будет, если в открытую рану эта пыль попадет. Ту т и до гангрены не далеко. Так что готовились казаки серьезно.
Следуя их примеру, Руслан достал из переметной сумы свой несессер и отправился к роднику. Кашевар уже развел костер, и над огнем аппетитно булькал котел с каким-то варевом. Тащить в этот поход полевую кухню сочли нерациональным, так что пришлось вернуться к уже привычному порядку готовки пищи. Но кашевар уже был постоянный. Ему выделили пару заводных лошадей, на которых погрузили припасы, так что горячей пищей отряд был обеспечен.
Получив у кашевара миску каши и кружку чаю, Руслан быстро уничтожил свою порцию и принялся седлать Беса. Закинув на седло переметные сумы, он проверил, как они закреплены, и принялся проверять свой арсенал. Винтовка, с двойным боекомплектом к ней. Револьвер, с запасом патронов и тремя сменными барабанами. Прямой кавказский кинжал на поясе, и бебут, на котором сменили рукоять, за спиной. Еще один нож, в голенище сапога, пять метательных ножей, топорик и лопатка."
"Ко всему этому железу бинокль, четыре гранаты, оптический прицел на винтовку, аптечка и сухой паек на всякий случай. Фляга с водой, и сумка, в которой хранилась всякая мелочовка, вроде кресала, трута и пары пачек патронов. Так сказать, НЗ. Убедившись, что ничего не забыл, все вещи лежат на привычных местах, Руслан поднялся и оглядел своих бойцов. Казаки занимались тем же самым. Выложив все из ранцев, они тщательно инспектировали свой скарб.
Часа через три после подъема караульный подал сигнал, и отряд, быстро разобрав оружие, бесшумно выдвинулся на опушку перелеска. На дороге стоял караван. Вдоль него нервно прохаживался знакомый Руслану человек. Чуть усмехнувшись, Шатун нашел взглядом хорунжего и, коротко ему кивнув, первым вышел на дорогу.
– Слава тебе господи, – выдохнул купец, едва завидев его. – Я уж, грешным делом, подумал, что отменилось все.
– С чего бы? – насторожился Руслан.
– Так никто нас ни о чем не спрашивал, – развел купец руками. – Я людей своих особо предупредил и наказал настрого, про любого, кто спрашивать станет, сразу мне докладывать.
– Это вы правильно сделали, – кивнул Руслан.