Автор
Мишка быстро принес воды к столу для лечения раненого Руслана. После нескольких глотков водички и откашливания, взгляд Шатунова стал мрачным и безжалостным — как камень на льду реки в зимнюю пору. В комнате царила тихая атмосфера смерти и неизбежности: холодный воздух сквозил просторной комнатой, словно облака над горизонтом заливают его серебряным светом....
– Благодарствую, – кивнул Руслан, не отрываясь от дела.
Смыв основную часть натекшей крови, он сменил тряпицу, а остальное принялся смывать уже уксусом, заодно обрабатывая операционное поле. Казаки быстро свернули пару факелов, и через пять минут стоянка осветилась. Сунув клинок бебута в пламя костра, Шатун прокалил его и, отерев спиртом из специальной аптечной фляги, аккуратно надрезал кожу от раны, к боку. Помогавший ему Роман так же обработанным кинжалом оттянул кожу, и парень, промокнув выступившую кровь, с облегчением выдохнул:
– На излете ударила.
Круглую свинцовую пулю ему удалось извлечь с первой попытки. А вот дальше пришлось копаться в ране тонким крючком, чтобы выбрать из нее остатки ткани и нитки. Убедившись, что рана чистая, Руслан уже привычно наложил шов и, подумав, достал из аптечки шприц. Ответ у местных на антибиотик был просто великолепным. По сути, это была почти панацея от любого воспаления, так что одна инъекция в подобной ситуации будет не лишней.
* * *Следопытов найденыш тихо застонал и, кое-как приоткрыв глаза, тихо что-то проговорил. Задумчиво хмыкнув, Руслан почесал в затылке и, вздохнув, проворчал, подхватывая котелок с водой:
– Да уж, это точно было не по-французски.
– На абхазском он говорит, – присел рядом Андрей и, забрав у парня котелок, принялся осторожно поить раненого.
– Знаешь этот язык? – заинтересовался Шатун.
– Кунак у меня ихнего племени, – усмехнулся казак. – Добрый вой. Все жилы рвет, чтобы сыновей выучить, да выходит слабо.
– А на кого учит-то? – не унимался Руслан.
– Да пока в гимназию отдал, а там видно будет. Малые еще.
– И что? Взяли?
– Ну, директору пришлось барашка в бумажке поднести, вот и взял.
– Да уж, не подмажешь, не поедешь, – скривился Шатун. – Иной раз кажется, что мздоимцы эти ради своей выгоды готовы и мать родную продать. А ума, что такими делами они против себя всех вокруг поднимают, понять не хватает.
– Так то ж подумать надо, княже, – грустно рассмеялся казак.
– Это у нас, в Пятигорске? – подобрался Руслан.
– А где ж еще, – пожал казак плечами. – А средний у меня толковый. В механике иной раз так соображает, что только диву даешься.
– А чего раньше молчал? – вдруг напустился на него Шатун. – Чего раньше мне не сказал?"
"– Так это как же так, княже, – растерялся казак. – То ж не ватаги дело. Да и тебе без того забот хватает.
