Автор
Мишка быстро принес воды к столу для лечения раненого Руслана. После нескольких глотков водички и откашливания, взгляд Шатунова стал мрачным и безжалостным — как камень на льду реки в зимнюю пору. В комнате царила тихая атмосфера смерти и неизбежности: холодный воздух сквозил просторной комнатой, словно облака над горизонтом заливают его серебряным светом....
Жандарм словно под груженую телегу попал. Ты чем его бил? Кочергой?
– Ногами, – смущенно признался Руслан. – А прежде о стену бросил.
– Ох, и силища же у тебя, сынок, – покрутил князь головой. – Значит, говоришь, он посмел тебя альфонсом назвать?
– Так точно.
– Вот мерзавец. Выходит, выяснил, чем папаша твой промышляет, и стал тебе это в вину ставить, – мрачно протянул Тарханов. – Ладно. Посмотрим еще, кто чем промышляет. Сегодня мы с супругой даем прием, вы оба приглашены. В семь вечера ждем. Это приказ, мальчики.
Попрощавшись, друзья вышли из кабинета и, спустившись на крыльцо, задумчиво переглянулись. Рязанов, закурив, выпустил длинную струю дыма и, расправив усы, тихо произнес:
– Похоже, я был прав, и в этом деле что-то нечисто.
– Ты о чем, Миша? – не понял Руслан.
– О твоей стычке с жандармом. Марина Львовна это только предлог. Ну не стал бы товарищ генерал-губернатора из-за одной дуэли целое дознание проводить, да еще и в другой город ехать.
– Думаешь, это очередная попытка добраться до меня? – мрачно поинтересовался Руслан.
– Может, до тебя. А может, и еще до кого, – негромко высказался майор. – Ты пойми, Руслан. Из нашего медвежьего угла я всех раскладов знать просто не могу. Но вот нутром чую, что тут что-то не так.
– Так надо тогда князя предупредить, – вскинулся Шатун.
– Вот вечером и предупредим.
– Верю. Но предупредить надо, – уперся парень.
– Так я ж не спорю, – тихо рассмеялся граф. – Поехали домой. Нам еще к приему подготовиться надо.
– Поехали, – кивнул Шатун и, повернувшись, махнул рукой своей охране.
Так повелось, что, выезжая куда-то вдвоем, они пользовались одной коляской и одной сменой казаков для охраны. При этом у Руслана этой охраны было даже больше, чем у майора.
– Ты пойми, дурья башка, – горячась, убеждал его майор. – Я только в кабинете сижу и бумаги оформляю. А в стычки и перестрелки ты все время лезешь. Потому и охотятся именно на тебя.
