Автор
Мишка быстро принес воды к столу для лечения раненого Руслана. После нескольких глотков водички и откашливания, взгляд Шатунова стал мрачным и безжалостным — как камень на льду реки в зимнюю пору. В комнате царила тихая атмосфера смерти и неизбежности: холодный воздух сквозил просторной комнатой, словно облака над горизонтом заливают его серебряным светом....
– Откуда знаешь? – удивился проводник.
– Барс – зверь редкий. Его добыть много времени потратить надо. В большом городе его шкура рублей двадцать стоить будет. А такой штуцер и за семь отдадут. Мою винтовку за двенадцать купить можно.
– А заряжать как? – оживился проводник.
– Вот, смотри, – принялся пояснять парень, доставая из подсумка винтовочный патрон. – Все в одной гильзе. И капсюль, и порох, и пуля. Винтовка с казны заряжается. Достаточно просто затвор передернуть.
– Ага, – глубокомысленно отозвался Рубен, внимательно осматривая боеприпас.
– Этот нет. Такой же, можно подумать, – отозвался Руслан, коснувшись ладонью ствола винтовки. – Это оружие я под себя заказывал. Но такое же, как у казаков, если захочешь, найду. Но не сейчас. Когда обратно соберемся.
– Думаешь, обману? – неожиданно обиделся охотник.
– Нет. Не думаю, – качнул Шатун головой. – Патроны. Не знаю, сколько их после дела останется.
– Почему мало брал? – возмутился охотник.
– Все, что было, привез, – усмехнулся Руслан в ответ. – Просто не знаю, как дела пойдут. Османы часто на вашу сторону приходят?
– Теперь часто, – помрачнел проводник. – Шакалы. Много простых людей убили. Зачем? Столько лет рядом с ними жили. Подати всегда платили, ремесло знали. Зачем убивать?
– Они и сами этого толком не знают, – вздохнул Руслан в ответ. – Раньше всегда говорили, что и православные, и мусульмане – люди книги.
– Но зачем? Скажи? Ты князь. Ты умный, учился много. Вот скажи, зачем убивают?
– Землю для себя освободить хотят, – назвал Руслан первое, что на ум пришло.
– А кто на земле работать будет? – тут же отреагировал охотник. – Османы сами землю пахать не любят.
– Не все, – отмахнулся Руслан. – У них и свои крестьяне имеются. Иначе давно бы с голоду умерли.
– Верно говоришь, – подумав, согласился Рубен. – Я за перевал много раз ходил. Крестьян их видел. Простые люди. Хлеб сеют, детей кормят, живут. Все из-за богатых.
– Не все, – вынужден был вступить в полемику Руслан. – Я тоже богатый. Но у меня ни рабов, ни крестьян нет. Даже дома своего и то не имею. Всю жизнь империи служу. Хотя и титул имею, и деньги есть.
– Почему дом нету? – растерялся проводник.
