Желто-зеленый листопад на фоне быстро темнеющего неба пророкат его последнюю дымчатую ночь. Редкие птицы скитаются по своим целям — и совсем скоро они соберутся в стаи, полетят к югу, где тепло, уходя от сибирских морозов и снежков. Это было всегда заинтересовывать меня: зачем каждую весну птицы летят в эти суровые места, преодолевая огромные расстояния? Кто они на самом деле? Или это просто работа природы, не задумываясь над смыслом....
— Это зацепка, ниточка за которую нужно было тянуть с самого начала и которую я усиленно игнорировал все эти дни.
— Все адреса у меня. — Она покрутила в воздухе телефоном давая понять, что занялся все данные туда. Вот только, мы одни туда поедем? Может Виталя еще не уехал в Томск, и волк.
— Шеф! — Перебил ее соловьевич, останавливая нас, затем он скрестил руки на груди и поклонился мне.
— Ага! — Я проделал тот же жест, ставший для меня уже привычным.
— Старейшие, просят аудиенции, им нужно поговорить с Вами.
— Я с тобой! — Варька крепко схватила меня за руку и всем своим видом продемонстрировала, что отпускать меня не собирается. — Не знаю, что за фигня тут происходит, но это что-то очень интересное.
Соловьевич вопросительно посмотрел на меня, и я в ответ уверенно кивнул, делая вид, словно я понимаю, что тут вообще происходит. Секунду он раздумывал, но потом сделал жест идти за ним, и мы направились к лестнице, которая вела вниз, на подземные этажи, где-то тут был и тот самый огромный зал, где мы отмечали летний бал, и тут же жил бабайка, существующий на нижних, глубинных этажах института.
Лощеные цокольные этажи с хорошим ремонтом сменились, коридорами с обшарпанными стенами освещёнными редкими лампами дневного света, а потом и вовсе, освещение пропал, и наш провожатый включил фонарь."
"— Дим. А куда он нас ведет? — Прошептала мне на ухо Варька, на что я лишь грустно усмехнулся и пожал плечами, мне то откуда знать, я сейчас находился в том же положении, что и она.
— Нам туда! — Указал соловьевич. — К сожалению, нам приходится скрываться, слишком многие в Институте хотят нашей смерти.
Он подсвечивал нам, пока мы спускались вниз, а после последовал за нами. Когда соловьевич оказался внизу, и свет разрезал непроглядную тьму, Варвара взвизгнула, потому что луч фонаря выхватил человеческий череп, насаженный на кусок арматуры, опознать владельца черепа было невозможно, но вот в его головном уборе явственно угадывались уши бэтмена, и я сразу же вспомнил про очередного неудачного бэтмена созданного Кощеем и списанного в подземелья.
— Это не мы его. — Коротко бросил соловьевич Варваре. — Когда мы нашли это место, то скелет тут уже валялся, мы только череп пристроили на арматуру.
