Желто-зеленый листопад на фоне быстро темнеющего неба пророкат его последнюю дымчатую ночь. Редкие птицы скитаются по своим целям — и совсем скоро они соберутся в стаи, полетят к югу, где тепло, уходя от сибирских морозов и снежков. Это было всегда заинтересовывать меня: зачем каждую весну птицы летят в эти суровые места, преодолевая огромные расстояния? Кто они на самом деле? Или это просто работа природы, не задумываясь над смыслом....
Ведьма чуть не выронила хранилище из рук от удивления, а я, довольный тем, что так ловко свалил на нее все объяснения, да еще и подставил, поспешил ретироваться. Если честно, я понятия не имел, что мне говорить про то, как я нашел тот бункер, как проник в него и уж тем более не знал, как буду объяснять наличие там трупа Гороха, за убийство которого, мне по всей видимости придётся ответить перед Институтом. Поэтому, сейчас я радостно выбежал проч.
Машина моя так и стояла перед крыльцом, соловьевичи спорили и ругались, так как не понимали, как заставить ее ехать, завести то они ее завели, а вот тронуться, оказалось для них непосильной задачей.
Я забрал ключи, сел в авто и под восторженными взглядами удалился.
Первым делом, я набрал Ваську, и порадовал тем, что она все же получит свои деньги, эту новость она встретила радостным визгом и обещаниями всех земных благ, которыми она одарит меня при встрече.
Второй точкой на моем маршруте была автомастерская. Мой форанер стоял разобранный, половина элементов кузова была снята и выглядел он сейчас словно тяжело больной человек на больничной койке, я ласково погладил холодное железо машины и позвал Римму.
— Привет! — Девушка показалась из смотровой ямы, как всегда чумазая и улыбчивая. — Что случилось? Что-то с Окой? Могу принять обратно, но денег не верну."
"— Что ты. — Отмахнулся я. — Машина просто супер! Чудо агрегат! Я тут подумал, это авто можно смело назначать символом гетеросексуальных отношений.
— Чего это? — Не поняла девушка.
— А того! Что, двое мужиков в нее не помещаются, а мужчина и женщина вполне. Надо нашим депутатам намекнуть, что для поддержания традиционных семейных ценностей, можно просто выпускать маленькие машинки.
Римма прыснула в кулачок, а я присел на край смотровой ямы свесив туда ноги.
— Я чего заехал то. — Запустив руку за пазуху я достал оттуда целлофановый брикет с банковскими упаковками денег. — Ты говорила, что хотела купить квартиру в городе, но займ через Кощея не твой вариант.
— Ты решил сам меня откредитовать? — Словно сплюнула она, и я понял, что делаю что-то не то.
— Нет! — Помотал я головой. — Ты неправильно поняла. Ничего мне от тебя не надо, бери просто так, не нужно мне ни тела твоего комиссарского, ни благодарности, все равно эти деньги, вроде как Институтские, но неучтенные, так что, я ничего своего не отдаю. Мне они без надобности, а тебе сгодятся.
