Автор
В черную дымку погружается сознание девушки. Грохот в ушах смешивается с потоком мрачных образов — будто она летит по неизвестному пути без опоры, не понимая, где находится или как реагировать на эти ощущения. Эта чувствительная неземность напоминает детские моменты невесомости в качелях, когда кажется, что всё вокруг рушится....
В результате своего красивого жеста Борис теперь не только кормить, но и гарантировать безопасность своей семье не может. Угрозы Зотовой – не блеф. Значит, либо надо приползти к ней на брюхе: «Амалия Петровна, простите меня, дурака, погорячился», либо идти против нее.
Первое было невозможно. Он потерял бы уважение к себе, растоптал бы себя самого. Остается второе: потягаться с Зотовой. А почему нет? Пожалуй, это – единственно возможный и достойный вариант.
Решение созрело, и Симаков наконец смог спокойно заснуть.
* * *Дверь, за которой могла бы скрываться лаборатория, Валя Щербакова нашла в самом конце коридора, в маленьком закутке. Раньше Валя ее не замечала, но теперь, подойдя поближе и разглядев внимательно, обнаружила, что дверь эта отличается от других – она стальная, с каким-то мудреным замком, и на ней нет никакой таблички. Ни разу за всю свою практику Валя не видела ее открытой.
«Да, скорее всего лаборатория именно там, за стальной дверью. А что толку? Я все равно туда не войду, – подумала она.
Валя побрела по коридору к ординаторской, размышляя о том, что пользы от ее шпионажа будет мало. Если и правда в больнице происходит весь этот кошмар, доказать ничего не удастся. Не допустят…
Дверь в маленькую отдельную палату, где лежали послеоперационные больные, была приоткрыта. Вале показалось, что оттуда раздаются тихие всхлипывания.
В палате было темно и душно. Лежавшая на койке женщина горько плакала.
– Что случилось? – тихо спросила Валя. – Вам плохо?
– Да, – ответила женщина, – мне плохо. Я так хотела девочку. Она была живая, я бы выходила ее.
– Вам сделали искусственные роды? – догадалась Валя и присела на край койки.
– Да. Но сказали, что был выкидыш.
Валя взяла женщину за руку. Рука была ледяная.
– Хотите, я вам чайку горячего принесу?
– Девушка, миленькая, который сейчас час? – Женщина приподнялась на койке.
– Без десяти одиннадцать.
– Я вам номер скажу, вы позвоните, пожалуйста, моему мужу.
– Конечно!
* * *Георгий Глушко ждал звонка. Вечером, когда он пришел домой с работы, теща, сидевшая с детьми, сообщила:
– Звонили из консультации. Лидочку прямо оттуда увезли в больницу на обследование. В какую именно больницу и что случилось, не сказали.
Георгий сильно нервничал. Вера Александровна покормила ужином его и детей и уехала домой.
