Первый русский исторический детектив о преступлениях и преступниках от эпохи Петра до XX века. Появление тайн уголовного мира и жестоких событий вызывает напряжение. История связана с поисками истины и судьбами знатных личностей.
Раздел Chitat.online для книги «Кровавая плаха» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Первый русский исторический детектив о преступлениях и преступниках от эпохи Петра до XX века. Появление тайн уголовного мира и жестоких событий вызывает напряжение. История связана с поисками истины и судьбами знатных личностей.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Валентин Викторович Лавров Легкое чтение Детективы Любовные романы подборки серии
Первый русский исторический детектив о преступлениях и преступниках от эпохи Петра до XX века. Появление тайн уголовного мира и жестоких событий вызывает напряжение. История связана с поисками истины и судьбами знатных личностей.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Своего угла нет… Вот он и отправился в ближайшую полицейскую часть. Назваться пьяным он побоялся, с пьяными обращаются грубо… Сказаться больным — пожалуй, провозили бы по Москве, измучили. Назвавшись преступником, он мог рассчитывать на внимательный прием. Он знал, что будет дорогим гостем, его будут беречь. Выбрал преступление — убийство Болдыревой, потому что поддался панике после этого события…
Доводы (как и вся речь обвинителя) не очень убедительны.
Прокурор, заканчивая часовую речь, гневно взмахивал рукой:
— Я знаю, что доказательства вины господина Тальма немногочисленны, но они незыблемы. Защитники будут их уничтожать, и пусть: они построены на твердых, непререкаемых основаниях.
Один из двух адвокатов — присяжный поверенный Грушевский — пытался убедить суд, что отношения подсудимого и Болдыревой были таковы, что не допускали возможности убийства.
— И наоборот, — защитник обращался к присяжным заседателям, — поведение служанки Савиновой наталкивает на мысль: посторонний мог попасть в комнаты генеральши. И вообще: обвинение опирается исключительно на выводы ума, а суд обязан вынести свое решение, оперируя лишь фактами. А вот этих самых фактов, доказывающих, что убийца — Тальма, как раз нет. Более того, убийца сам назвал себя — это Иван Коробов. Следствием установлено, что он картежный игрок, что он покинул Пензу, бежав от долгов. Да и от правосудия тоже.
Но полицейское следствие почему-то полностью игнорирует признание Коробова, желает вопреки всем фактам выставить убийцей невиновного.
Другой защитник — Кальманович — доказывал присяжным:
— Никто не видел, что Тальма в ночь убийства выходил из своей комнаты. Более того, его жена утверждает, что он крепко спал, пока шум толпы под окнами не разбудил их обоих. И главное: у него не было необходимости в столь сложном, кровавом способе убийства. Есть яды, которые убивают, не оставляя следов. Тальма настолько спокоен за свою судьбу, что порой, казалось бы, дает обвинению козыри — вспомните пример с ключом от кладовой. Болдырева ни в чем не отказывала Тальма, зачем бы он стал ее убивать? Ведь много раз она выручала его деньгами. Более того, вскрыв завещание убитой, мы узнали: почти все свое состояние она передавала обвиняемому. Господа присяжные заседатели! — закончил речь защитник. — Проявите вашу мудрость, окажите не милость, нет, — лишь справедливость. Отпустите возможно скорей невиновного на свободу.
…Присяжные удалились на совещание. Среди этих двенадцати человек на сей раз царил полный разброд.
