Он наклонил голову, вглядываясь в меня, и на его лицо упала тень, красный отблеск в глазах стал почти не виден. Они – прямо как раньше – казались темными, бездонными и удивительными, исполненными любви и бесстрашия…
– Можешь сесть, – сказал он.
– Мне и так хорошо.
– Есть что-нибудь еще, чего ты хочешь?
– К примеру, чтобы ты отпустил меня.
На мгновение мне показалось, что его лицо слегка исказилось, как раньше, когда я шутила. Нет, наверно, я вообразила это.
– Нет, Роза. Я имею в виду – тебе потребуется что-нибудь? Другая еда? Книги? Развлечения?
Я недоверчиво смотрела на него.
– Ты так говоришь, будто я в самом роскошном отеле!
– В определенной степени так и есть. Я поговорю с Галиной, и она достанет все, что пожелаешь.
– С Галиной?
Губы Дмитрия искривились в улыбке. В этой улыбке полностью отсутствовала теплота – она была холодной, мрачной, полной секретов. Я съежилась бы от страха при виде ее – если бы не мое нежелание выказывать перед ним слабость.
– Галина – мой бывший инструктор, еще со времен школы.
– Она стригой?
– Да. Она была пробуждена несколько лет назад, в сражении под Прагой. Она сравнительно молода для стригоя, но становится все сильнее. Все это ее.
Он сделал жест, поведя рукой вокруг.
– И ты живешь с ней? – спросила я, пытаясь сдержать любопытство.
Мне хотелось понять, что их связывает, и, к своему удивлению, я почувствовала… ревность. Совершенно неразумную, конечно. Он – стригой и, следовательно, за пределами моей досягаемости. И это был бы не первый случай, когда учитель и ученик сближаются…
– Я работаю на нее. Частично из-за этого после пробуждения я вернулся сюда. Я знал, что она стригой, и нуждался в ее наставлениях.
– И ты жаждал оказаться подальше от меня. Такова другая причина?
В ответ, не вдаваясь в разъяснения, он кивнул.
– Где мы? Не в Новосибирске?
– Да. Поместье Галины за пределами города.
– Насколько далеко?
Снова возникла эта кривая улыбка.
– Я понимаю ход твоих мыслей и не собираюсь снабжать тебя информацией такого рода.
– Тогда о чем ты думаешь? – Еле сдерживаемый страх внезапно обернулся яростью. – Зачем запирать меня здесь? Убей или отпусти. Если ты собираешься заточить меня тут и издеваться надо мной, то я предпочла бы смерть.
– Смело сказано. – Он встал и принялся расхаживать. – Я почти верю тебе.
– Это правда, – с вызовом ответила я. – Я приехала сюда, чтобы убить тебя. И если я не могу этого сделать, лучше умереть.
– Ты потерпела неудачу, там, на улице.
– Да. Я догадалась об этом, когда очнулась здесь.
Дмитрий резко развернулся и внезапно оказался передо мной, двигаясь с молниеносной скоростью стригоя.