Велиты Лукулла под прикрытием стрелков из лука, осыпавших врага своими стрелами, быстро отошли в тыл через интервалы первой и второй линий тяжеловооруженных.
После короткой паузы прозвучал новый трубный сигнал — это был сигнал атаки.
Тяжелая пехота римлян двинулась вперед, на ходу смыкая ряды.
Легковооруженные повстанцы метнули во врага последние дротики и камни, после чего быстро отступили, подчиняясь нестройному и хриплому сигналу нескольких буцин, прозвучавших с вершины холма, на склоне которого Минуций выстроил свои основные силы.
Сомкнутый строй римлян, равняясь по фронту, быстро продвигался вперед. Одновременно Лукулл производил перегруппировку своей конницы, решив использовать более пологое место на левом фланге для стремительного удара всадников по правому флангу противника.
Между тем легионеры Аниеннской когорты и наступавшие бок о бок с ними самниты, все выше и выше поднимаясь вверх по склону холма, уже готовили к броску свои дротики.
Однако восставшие опередили врагов, обрушив на них сверху град тяжелых копий.
Вслед за этим раздался страшный тысячеголосый вопль, эхом разнесшийся по окрестным холмам и долинам.
Минуций подал знак своим легковооруженным, которые успели рассредоточиться позади тяжелой пехоты, и они через головы впереди стоящих товарищей стали бросать в римлян дротики и камни.
Аниеннская когорта и когорта самнитов понесли огромные потери в самом начале сражения. Среди них было много убитых, еще больше раненых. Хотя они тоже стали метать свои копья, но, брошенные снизу вверх, они либо не долетали до цели, либо, будучи уже на излете, успешно отбивались щитами стоявших выше солдат Минуция, копья которых, напротив, летели далеко и, падая сверху вниз, насквозь пронзали щиты и доспехи вражеских воинов.
Минуций приказал горнистам трубить наступление, но сигнал прозвучал с опозданием, потому что обе стороны с диким криком уже сошлись в яростной рукопашной схватке.
Дрались грудь с грудью, щит о щит. Теперь это была никем не управляемая кровавая бойня. Слова командиров тонули в общем шуме — криках сражающихся и раненых, лязге и грохоте оружия.
А со стен Капуи за битвой наблюдали тысячи горожан, которые вели себя так, словно они присутствовали на гладиаторском представлении в амфитеатре. Капуанцы сотрясали воздух оглушительными воплями, бряцали медными щитами, трубили в трубы и рожки.
В течение четверти часа ни восставшие, ни римляне не отступили ни на шаг. Однако на обоих флангах, где сражались вспомогательные отряды кампанцев, успех все больше склонялся в пользу беглых рабов.