Сборник романов раскрывает кровавые страницы истории Древнего Рима. Хроники времени Гая Мария и Гулиа Суллы повествуют о войнах, гражданских конфликтах и борьбе за власть в великом государстве. Интриги вокруг власти и судьбы античных правителей формируют сюжет.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Кровавый Рим. Книги 1-9»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Сборник романов раскрывает кровавые страницы истории Древнего Рима. Хроники времени Гая Мария и Гулиа Суллы повествуют о войнах, гражданских конфликтах и борьбе за власть в великом государстве. Интриги вокруг власти и судьбы античных правителей формируют сюжет.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Александр Леонидович Ахматов Легкое чтение Любовные романы Современная проза подборки серии
Сборник романов раскрывает кровавые страницы истории Древнего Рима. Хроники времени Гая Мария и Гулиа Суллы повествуют о войнах, гражданских конфликтах и борьбе за власть в великом государстве. Интриги вокруг власти и судьбы античных правителей формируют сюжет.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Сулла выпустил еще одну стрелу. Его примеру последовали воины.
– Злодеи! – кричали горожане. – Что вы делаете? Это же не Карфаген!
– Изверги! – доносилось с верхних этажей.
– Кто не уверен в своем мужестве, – сказал Сулла солдатам, – тот может заткнуть свои уши, чтобы не слышать этого кошачьего визга.
Уже пылали дома. Горел целый квартал. А стрелы все летели и летели. И горожане поняли, с кем они имеют дело, пыл их немного поостыл.
– Действовать без пощады! – приказал Сулла.
И этот его приказ выполнялся неукоснительно. Столичные жители увидели и испытали на своей шкуре, сколь дисциплинированно и сколь беспощадно римское воинство. Горожане убедились на собственной шкуре, что значит римская железная когорта, возглавляемая полководцем, который не видит перед собой ничего, кроме своей цели, и глух к мольбам.
Женские крики, детский плач, проклятия мужчин смещались с густым дымом, который стлался по римским улицам. А Сулла все приказывал не жалеть стрел, не жалеть смолы для негодяев, посмевших преградить ему дорогу.
– Все проклятия этой черни я принимаю на себя, – сказал Сулла, улыбаясь. – Продолжайте свое дело! Не жалеть никого! Двигаться вперед!
После столь категоричных приказов войско удваивало свое рвение. Закованное в железо, не знающее пощады, послушное воле полководца…
Маркитанты разносили хлеб и оливы, давали воинам хлебнуть вина из глиняных бутылей. За дополнительную плату можно было получить еще по доброй кружке красного. Сулла отказался от еды – в горло не проходил кусок: от напряжения, от волнения. Зато сосуд с фалернским один из сателлитов все время держал наготове: Сулла много пил.
Его очень беспокоило молчание Фронтана и Руфа. Кто-то из горожан пустил слух, что на Марсовом поле казнили всех бунтовщиков, что сенат объявил большую награду за голову Суллы – чуть ли не миллион сестерциев.
А дома горели. Рушились. Люди в страхе бежали к центру – Палатину и Капитолию. Войска теперь снова продвигались вперед, оставляя позади смерть, разрушения, пожары.
Сулла ежеминутно принимал донесения: такие-то когорты переместились туда-то на сто шагов, такие-то стоят на месте, в таких-то много раненых, а в такой-то убит начальник. И так далее, и так далее…
А ведь ждал он только одного донесения: Марий пойман, сенат ждет Суллу! Иное ничего не устраивало, а, наоборот, вызывало приступ бешенства.
Выслушав одного ординарца, он спросил:
– Кто тебя послал ко мне?
– Фавстик Секунд, мой начальник.
– Он бьется у стен вон того дома.
– У того, у четырехъярусного? – спросил Сулла.
– Да, у того самого.
Сулла подумал. И сказал медленно и тихо:
– Беги и скажи ему, что ежели через полчаса этот дом не превратится в руины и ваш отряд не продвинется вперед, – пусть шлет мне свою голову. На блюде.
