В темном переулке гремит выстрел. Крапива, крутой парень в масках и кительках, оказывается убитым — пуля попала прямо в череп. Этот разрывной смерть не предвещает ничего хорошего, а лишь усиливает ночной мрак и пустынную тишину. Вокруг все так же молчит, словно поджидая следующую жертву в этом кошмаре....
Укрывшись зонтом, Червовый неторопливо вышел из подъезда. Под его окнами стоял бордовый «жигуль» девяносто девятой модели. Это была его рабочая машина, на которой он добирался до теплого трехместного гаража, где его дожидались две красавицы – «БМВ» и «Ниссан». Привычно отомкнув дверь «девятки», он бросил зонтик на заднее сиденье, вставил ключ зажигания, не спеша повернул его.
Взрыва Червовый не услышал. Он лишь почувствовал, как машину подбросило вверх. Мгновения хватило, чтобы припомнить маленький дворик, в котором он провел большую часть своего детства… Еще мгновение – и наступила кромешная тьма.
Борис Бегетов, по кличке Бегемот, имел все основания, чтобы быть первым. Его группировка была одной из самых мощных и многочисленных в Санкт-Петербурге. После гибели Стреляного единственный, кто мешал усилению его авторитета, был Червовый – он не шел ни на какие контакты. Люди Червового контролировали несколько базаров, опекали центральные гостиницы и открыто говорили о том, что хотели бы после смерти Стреляного установить тотальную опеку над портом и таможней.
Когда Стреляный был еще жив, Бегемот заключил с Червовым соглашение о разделе порта. Бегемот стремился взять под свой контроль вывоз оружия, драгоценностей, антиквариата. Червовый наложил лапу на наркоту, автомобили, изделия ширпотреба.
Бегемот понимал, что для него наступил весьма удобный момент и что нужно действовать, убрав прежде всего с дороги Пузыря, единственного реального преемника Стреляного.
Поэтому первым в его списке на уничтожение стоял Пузырь.
Об устранении Пузыря Бегемот быстро договорился с Червовым. Тот обещал эту акцию взять на себя. Расходы компаньоны решили поделить пополам.
