В паутингной атмосфере кабинета, где каждая ткань на стенах и каждый шарик света дышит решимостью и мощью, секретный мир ходит в застенках. Угрюмо-доблестная аудитория избранных ждет своего часа, когда они смогут применить все свои знания и умения для достижения цели — нанести удар по определенному человеку или организации....
"
"Чаще всего Чума получал заказ по телефону, а после его исполнения ему на счет приходила обговоренная сумма. В этот раз разговор пойдет по другому сценарию, и следовало его провести таким образом, чтобы тот не заподозрил подвоха.
Подняв телефон, Чалый набрал его номер:
– Константин?
– Он самый.
– Где ты сейчас?
– Нахожусь в тренажерном зале, – сообщил Чума, – надо держать себя в форме.
– Это ты верно считаешь, – сказал Чалый, стараясь сохранять серьезность.
В действительности Константин находился на квартире у своей очередной любовницы с романтическим именем Анжелина, которую он отбил три недели назад у своего приятеля.
– А еще вчера на стрельбище ходил.
Вот здесь «мясник» не соврал: у Чумы была едва ли не патологическая тяга к оружию, и все свободное время он проводил в тире.
– Тут такое дело.
– Есть тема?
– Да. Обговорим на месте. Не тот случай, чтобы перетирать ее по телефону.
– Хорошо. Когда именно?
– Давай часа через два. Устраивает?
– Время подходящее. Условия?
– В этот раз будет больше на пять штук. Не возражаешь? – пошутил Чалый.
– Кто же будет против такого возражать? – В голосе Константина прозвучали самодоволь-ные нотки.
– Но прийти я не смогу, вместо меня будет Некрас Черный. Ну, да ты его знаешь! Он тебе все и растолкует. Встречаемся на нашем месте.
– Хорошо.
Константин Чумаков считал себя незаменимой фигурой. В чем-то даже ключевой, потому что от его точного выстрела зависела жизнь человека, а порой и судьба криминальной войны. Чумаков называл себя не иначе как Ликвидатор. От этого слова, по его собственному признанию, веяло нешуточной романтикой. Точно такой же, как от слова «конкистадор». Если разбираться всерьез, то в чем-то он был даже покруче: конкистадоры, славные ребята, действовали сообща, вырезая доверчивых туземцев, он же предпочитал работать в одиночестве.
Для Чалого и остальных Константин Чумаков был просто «мясником», готовым за вознаграждение выполнить самую грязную работу, на которую никогда не согласится любой уважающий себя бродяга.
Положив трубку, Чалый посмотрел на Некраса, сидящего напротив.
– Теперь твоя очередь, браток.
