В паутингной атмосфере кабинета, где каждая ткань на стенах и каждый шарик света дышит решимостью и мощью, секретный мир ходит в застенках. Угрюмо-доблестная аудитория избранных ждет своего часа, когда они смогут применить все свои знания и умения для достижения цели — нанести удар по определенному человеку или организации....
Свою задачу понял?
– Так точно!
– Что ж, приступай! – На прощание Зорин пожал Вадиму руку. – И еще вот что: не воспринимай это задание как ссылку или повышение. Это просто новый этап работы, вот и все!
– Я понял вас, Павел Михайлович!
Глава 27
Нападение"
"К немалому удивлению Петлякова, он застал Шевцова в приятнейшем расположении духа, гладко выбритого, пахнущего дорогим парфюмом. В нем не было совершенно ничего от того человека, каким тот предстал еще вчера, – хмельного и помятого. С прежним состоянием его роднило разве что плутоватое выражение и именной галстук в синюю полоску.
– Вы готовы? – спросил Петляков.
– Как видишь… Выходим, – шагнул он в дверь, распахнутую Петляковым. – В общем, так… Сделай что хочешь, но сюда я больше не вернусь, хватит с меня этих пуленепробиваемых квартир… Но домой я тоже не поеду, – после некоторой паузы добавил генеральный.
– Придумаем что-нибудь, – пообещал Петляков, увлекая генерального следом.
* * *На улице, как и полагалось, сидели все те же старушки и с живейшим любопытством поглядывали на подъехавший «Гранд Чероки».
Морщинистые губы невольно передернуло от удивления, когда они заметили выходящего из подъезда нового соседа в сопровождении двух охранников. Кто бы мог подумать, что неприметный помятый алкаш такая значительная фигура!
Остановившись перед машиной, он терпе-ливо подождал, когда один из охранников, зорко цепляя взглядом окружающее пространство, распахнет перед ним дверь, и, едва кивнув в знак благодарности, спрятался за тонированным стеклом.
– Не забудь у банка остановить, – буркнул невесело Шевцов, когда машина, распугав кормящихся голубей, свернула на центральную улицу.
– Обязательно, – отозвался Савельев.
Банк, выстроенный на возвышенности, выплыл меж деревьев античным Парфеноном. Мелькнули толстые колонны среди густой кроны. И только когда подъехали поближе, банк предстал во всей своей могучей красоте.
Перед храмом денег так и хотелось снять шляпу.
