В паутингной атмосфере кабинета, где каждая ткань на стенах и каждый шарик света дышит решимостью и мощью, секретный мир ходит в застенках. Угрюмо-доблестная аудитория избранных ждет своего часа, когда они смогут применить все свои знания и умения для достижения цели — нанести удар по определенному человеку или организации....
Цепанув зубочисткой застрявший между зубами кусок мяса, Чалый вдруг объявил, что одна часть его денег уходит в общак, другая – направляется гревом в Соликамскую зону. Так что нужно жить по понятиям.
Возможно, против распределения доходов таким образом Семен Шевцов не стал бы возражать, если бы процент был обговорен заранее. В этот же раз ситуация напоминала самый обыкновенный грабеж. Его просто разводили на баб-ки как неопытного мальчишку. И теперь с интересом ожидали его реакции. В чем-то это был серьезный тест на твердость.
Сделай он понимающее лицо и согласись, так уже в следующий раз он лишился бы половины своих начислений. Потеря не была бы последней: через какое-то время он утратил бы еще ровно столько же, пока наконец не потерял бы всего.
Дать слабину Шевцов просто не имел права.
Семен потребовал от Чалого возмещения всех убытков, заявив, что партнерские отношения могут быть серьезно испорчены. Чеканов оставался непреклонен и не желал слышать ни о какой компенсации.
После того памятного разговора Семен Валентинович вывел все свои активы из комбината, заполучив в лице Чалого серьезного недоброжелателя.
Позже они встречались еще три раза, пытаясь урегулировать возникшие шероховатости, но, кроме углубившейся неприязни, не заполучили ничего. Внешне конфликт был исчерпан, но Петлякову не однажды докладывали о том, что Чалый лишь ищет случая, чтобы убрать с дороги неугодного конкурента.
Вадим Петляков опустил бинокль: кажется, Чалый дождался своего случая.
Авторитет что-то ответил Николаеву, и, перебрасываясь фразами, они направились к машине.
– Сейчас начнется самое интересное, – сказал Власенков, надевая наушники.
Вадим Петляков последовал его примеру. Громко хлопнула дверца автомобиля, отделив заговорщиков от внешнего мира.
Власенков крутанул настройку фотообъектива, значительно приблизив к себе изучаемый объект. Невидимый лазерный луч уперся в лобовое стекло, терпеливо дожидаясь начала разговора.
Первым заговорил Чалый:
«– Так, я слушаю. Что там у тебя?
– Я знаю, что у тебя с Шевцовым серьезный конфликт.
– Есть такое дело, – вяло заговорил авторитет. – В наше время сложно обойтись без напрягов. Не каждый человек может тебя понять. А ты по какому делу-то?
– Я тебя просто хочу предупредить, что Шевцов не тот человек, который прощает обиды. Он может сделать вид, что позабыл о конфликте, но в действительности никогда и ничего не забывает.
– Спасибо за предупреждение. Это все, что ты хотел сказать?
– Подожди, не торопись.
