В судебном зале Трейси решает судьбу своего ребенка. Вокруг нее вихрь развода, но она знает, что это больше не ее смертельная игра. Крылья бабочки — это история о женщинах, которые несут на себе весь мир и пытаются найти путь к спасению после неразделенной любви и сломанного сердца....
– Да, договором, который он попросил подписать для своих предвыборных махинаций, – парировала Трейси.
– Клевета, – спокойно произнес Брендон, – недостойная и грязная.
– Это мы еще посмотрим.
– Полански, с таким подходом, это будет твой юбилейный – третий – проигрыш мне. Ах, нет! Этот будет четвертым, – подразнивал он.
Трейси редко краснела, во-первых, не имела привычки смущаться, во-вторых, кожа, от природы будто загорелая, к этому не располагала, но сейчас она почувствовала, как запылали щеки. Никто не любит, когда им указывают на промахи, и она в том числе.
– Что будете пить? – Их столик продолжал обслуживать метрдотель. Интересно, у них всегда такой сервис, или дело в том, что Трейси ужинает с сыном мэра?
– Сухой мартини, – ответила Трейси. Мужчина кивнул и повернулся к Брендону. – А ему яд, – тихо добавила она.
– Мистер Стеклер, что предпочитаете: мышьяк или цианид?
Трейси изумленно посмотрела на метрдотеля, который с самым серьезным видом поддержал шутку.
– Скотч, двойной.
– Прошу прощения, напитки будут через минуту.
Когда они снова остались вдвоем, за столиком повисло неловкое молчание. Они привыкли перебрасываться остротами, но никто не обещал, что это всегда будет забавно.
– Ты выбрала Мэтти подарок на Рождество? – круто меняя тему и разряжая обстановку, поинтересовался Брендон.
– Да, какую-то хитрую машину, на которой он может ездить по дому.
– Я в доле.
– Ты подаришь торт из подгузников, трехъярусный, украшенный голубыми зайчиками и шелковыми лентами, – расписывала Трейси. Она всегда была отходчивой, а злиться на Брендона, какой бы занозой в заднице он порой ни бывал, долго не получалось.
– Давай на следующей неделе встретимся с четой Палмер у меня в офисе и попробуем прийти к соглашению. Судя по градусу ненависти, их развод может растянутся на многие месяцы.
– Хорошо. Ты, кстати, должен мне триста девяносто пять долларов.
– Сколько? – ошеломленно переспросил Брендон. – Ничего себе бумажные трусы стоят!
– Наш ужин выйдет примерно во столько же, – констатировала Трейси, пробегаясь взглядом по основным блюдам.
– Да я и штуку баксов заплатил бы, будь там что-то стоящее, а так… вата и бумага.
– Там еще голубые зайцы и ленты.
– Ну, раз голубые, то ладно.
–//-"
"В пятницу, в два часа дня, разверзся ад. Адвокат – тот же священник, только без сутаны.
