В судебном зале Трейси решает судьбу своего ребенка. Вокруг нее вихрь развода, но она знает, что это больше не ее смертельная игра. Крылья бабочки — это история о женщинах, которые несут на себе весь мир и пытаются найти путь к спасению после неразделенной любви и сломанного сердца....
– Нет-нет, это я винова…та – споткнулся женский голос. Трейси всего на мгновение удивленно замерла и, медленно выпрямившись, встретилась со светлыми глазами Наташи Льюис.
– Трейси, – сухо кивнула она.
– Наташа, – Трейси быстро скользнула по ней взглядом, мысленно отмечая, что та прекрасно выглядела. – Давно не виделись. Как ты?
– Меня пару месяцев не было в стране.
Трейси так и подмывало спросить: не с Брендоном ли она уезжала и не с ним ли вернулась обратно? Но эти вопросы она решила оставить при себе, потому что ответы ничего уже не изменят в ее жизни.
– Все отлично, – продолжала Наташа. – Вот, – она кивнула на огромный пакет с логотипом «Вера Вонг», – к свадьбе готовлюсь.
«Кто же счастливчик?» – практически сорвалось с языка Трейси, когда она увидела спешащих к ним Патрисию Стеклер и еще какую-то женщину, наверное, миссис Льюис. Они улыбались и выглядели безумно довольными. Трейси на мгновение оторопела, пытаясь собрать воедино увиденное, а главное, – принять правду.
– Поздравляю, – ровно сказала она, отворачиваясь, исчезая из их поля зрения.
Трейси была ошарашена, и это нормально. Не каждый день узнаешь о женитьбе таких мужчин, как Брендон. Но то, что известие о его свадьбе способно морально уничтожить ее – ненормально. Было больно. Очень. Она нервно достала из сумки телефон, собираясь позвонить ему и спросить… А что, собственно, она хотела узнать? Трейси бросила мобильник обратно – она знала, на какие вопросы желала получить ответы.
– Ну почему она? – прошептала Трейси в пустоту собственной души.
–//-
Ночной воздух, насыщенный запахом цветущих магнолий, щекотал ноздри, обласкивая лимонно-ванильным ароматом. Нью-Йорк окрасился в яркие летние краски, распустился нежно-розовыми лепестками цветов и до утра пел с уличными музыкантами на шумных площадях.
Трейси с Диланом неспешно прогуливались по Бродвею, болтая ни о чем. За непринужденной беседой она пыталась погасить разрастающееся внутри чувство покинутости и обиды, а еще – унять нетерпение. Она позвонит Шэрен и все узнает, надо только дождаться утра, французского утра.
– Как насчет кофе? – предложил Дилан, останавливаясь напротив входа в ресторан.
Трейси огляделась – заведение новое, и видно, что шикарное. Как она успела заметить, Дилан Уайт все делал с калифорнийским размахом. Деловое свидание, как они окрестили их встречу, в мишленовском ресторане, кофе – в не менее претенциозном.
– Вряд ли будут свободные столики, – с сомнением в голосе ответила она.
– Будут.
