В судебном зале Трейси решает судьбу своего ребенка. Вокруг нее вихрь развода, но она знает, что это больше не ее смертельная игра. Крылья бабочки — это история о женщинах, которые несут на себе весь мир и пытаются найти путь к спасению после неразделенной любви и сломанного сердца....
Он посоветовал не рубить с плеча и хорошо всё обдумать. Мистер Уиллет дал ей время прийти в форму, полностью восстановиться после несчастного случая – версия для широкой общественности взрыва на дороге. Он хотел, чтобы Трейси вернулась на работу, она же отчетливо сознавала, что это вряд ли возможно. Нет, туда нет.
– Мне кажется, нам обоим нужен отпуск эдак на год, – веско заявил Брендон.
– А твоя карьера? – недоверчиво спросила она.
– Да к черту её! – Он снова посмотрел на часы. – Полански, мы можем опоздать.
– Брендон, ну как же? А вещи?
– К черту тряпки. Возьми только паспорт.
– Спасибо, – тихо произнесла Трейси.
– За что?
– За всё.
– Благодарить меня будешь в отеле.
– Брендон, я не знаю… я больше ни в чем не уверена, – шепнула она, делясь своими сомнениями относительно их возможного будущего.
– Я понимаю и готов ждать.
Трейси слабо улыбнулась, удивляясь переменам, произошедшим с ними обоими: Брендон готов ждать, а она робеет перед мужчиной.
– Зайди, мне нужно переодеться. Я быстро.
– Я тебе говорил, что меня приняли в Международную организацию юристов? – останавливаясь напротив гардеробной, лениво поинтересовался Брендон.
– Нет, – выныривая из-за стеллажей с ворохом одежды в руках, медленно проговорила Трейси.
На губах Брендона сверкнула улыбка превосходства, отражаясь ярким светом во вспыхнувших глазах женщины, стоявшей напротив. И Брендон наконец-таки выдохнул: пустота, которую он видел в её глазах после смерти Мариотти, начала отступать, сменяясь интересом, загораясь азартом.
– Да, теперь во Франции могу открыть частную практику. У тебя, кстати, как с французским?
– Не очень, – призналась Трейси, выходя к нему в узких выбеленных джинсах и топе. Дресс-код тоже к черту!
– Ничего не изменилось, – с напускным недовольством констатировал он. – Ладно уж, научу тебя.
– Чтобы свободно говорить на французском и тем более работать, мне нужно во Франции прожить как минимум год! – Трейси захлопнула окно, взяла сумочку с документами, и они поспешили к выходу.
– У тебя есть какие-то планы на этот год?
– Да нет, – бросила она, ставя квартиру на сигнализацию и закрывая дверь. Трейси опустила глаза, догадываясь к чему он клонит, но не могла не уточнить: – А у тебя?
– Теперь я абсолютно свободен. Поехали. – Брендон протянул ей руку: их пальцы переплелись, затем он с легкостью подхватил Трейси на руки и буквально сбежал с лестницы.
