В судебном зале Трейси решает судьбу своего ребенка. Вокруг нее вихрь развода, но она знает, что это больше не ее смертельная игра. Крылья бабочки — это история о женщинах, которые несут на себе весь мир и пытаются найти путь к спасению после неразделенной любви и сломанного сердца....
– Все нормально? – Трейси придирчиво осмотрела его с головы до ног: видимых повреждений на первый взгляд не было, разве что рубашка сидела слегка небрежно, а терпкий запах алкоголя и сладких женских духов с размаху ударял в нос, стоило ему приблизиться. Брендон, опершись о дверной косяк, участливо спросил:
– Не разбудил?
– Нет, я работала, – слукавила Трейси, не желая следующие лет пять выслушивать насмешки и язвительные комментарии относительно своего вкуса.
– Войти можно?
– Конечно, – она отступила ото входа, впуская его в просторный светлый коридор.
– Я дурак.
– Ты пришел ночью, чтобы сказать мне это! – воскликнула Трейси, проклиная его идиотскую привычку напускать тумана.
– Не это. – Брендон скинул пальто, бросил его на мягкое бархатное кресло, стоявшее в углу, и, обвив ее талию рукой, медленно привлек к себе. Стянул с темных волос резинку, позволяя им дразнящими движениями пощекотать ее плечи.
Трейси не отстранилась и не напряглась, только шепнула его имя:
– Брендон… – Он громко вдохнул цитрусовый аромат ее волос и нехотя отпустил.
– Я скучаю по Аспену, по тебе, по нас, – тихо признался он.
– Именно поэтому от тебя несет женскими духами? – Трейси не смогла сдержать иронию, хотя и не ревновала в привычном смысле, конечно. Они провели чудесный отпуск в Колорадо, но она всеми силами старалась не привязываться к нему, как к мужчине, воспринимая это как секс ради секса, а отрезвительный игнор, который устроил Брендон по возвращении, действительно сработал: они спокойно поговорили и благополучно забыли это небольшое любовное приключение.
"– Трейси, я мудак, – честно и без прикрас констатировал он. – Но я хочу попытаться не быть таким уж мудаком. Правда, я скорее всего продолжу исчезать, долго не звонить и уж точно буду забывать о праздниках, – перечислял Брендон, пока не наткнулся на удивленный взгляд.
– Мне кажется, у тебя есть какое-то предложение? – после нескольких долгих секунд игры в гляделки вернула его же, сказанные пару недель назад, слова.
– То ли, сё ли, – шутил Брендон, но в ореховых глазах явственно читалась неуверенность. – Ты же понимаешь, о чем я.
– Не понимаю. – Трейси в притворном недоумении округлила глаза. – Уверена, что с искусством речи у тебя проблем нет.
Брендон резко выбросил вперед руки, обхватывая ее за бедра и поднимая.
– С этим у меня проблем никогда не было! – Он накрыл ее губы своими, показывая, а не рассказывая. Говорить о чувствах оказалось сложнее.
