В судебном зале Трейси решает судьбу своего ребенка. Вокруг нее вихрь развода, но она знает, что это больше не ее смертельная игра. Крылья бабочки — это история о женщинах, которые несут на себе весь мир и пытаются найти путь к спасению после неразделенной любви и сломанного сердца....
Она ведь копалась в личных вещах Брендона! Ей было очень стыдно перед мужчиной и нисколечко перед адвокатом, только дело в том, что он для нее два эти воплощения, и разделить их возможности не было. Брендон скорее всего поаплодирует ей, как юристу с сумасшедшим желанием победить, а вот женщину в ее лице пошлет к чертовой матери.
Трейси прикидывала все «за» и «против», когда в сумке зазвонил телефон. Она, остановившись у кофейни, уже собиралась принять вызов, но взгляд споткнулся о сцену, разыгрывавшуюся по ту сторону прозрачного окна.
За круглым белым столиком знаменитой пекарни «Магнолия Бейкери» сидела Меган Палмер. Это несомненно была она: осанка, изящные движение, гордо вскинутая голова – со вчерашней девицей не спутать. Но удивил Трейси не ее поздний завтрак в модном месте, а компания: смуглый, красивый, с выбритыми висками мужчина, который, даже сидя, казался очень высоким и очень опасным. С таким утонченную женщину из высшего общества просто невозможно представить рядом, а еще Трейси готова была поставить на кон свой самый крупный гонорар, если не с этим типом она вчера столкнулась в стриптиз-клубе.
"Мужчина, накрыв руку Меган своей, настойчиво что-то говорил, а она в ответ только неуверенно качала головой. Через пару минут он запечатлел на ее губах короткий поцелуй и поднялся, а Трейси, негодуя, отступила от окна: не стоит привлекать к себе внимание – вдруг он тоже узнает ее? Она отвернулась в сторону, ожидая его ухода.
– Меган, что вы делаете? – Трейси бросила сумку на соседний стул, усаживаясь напротив своей клиентки.
– Трейси? – изумилась она, непонимающе хлопая глазами. – О, а что вы здесь делаете?
– Неважно, что я здесь делаю, важно, чем занимаетесь вы.
Трейси ведь не единожды спрашивала, есть ли у Меган мужчина, и каждый раз натыкалась на искреннее «нет». Врать адвокату – рубить сук, на котором сидишь.
– Я вам объясняла, что во время процесса, пока вы еще официально замужем, должны быть чистой и непорочной, как Дева Мария.
– Трейси, я…
– А еще, – прервала ее Трейси и нетерпеливо махнула рукой, отказываясь от меню, предложенного подошедшим официантом, – я не работаю с людьми, которые мне лгут! – жестко закончила она.
– Послушайте, я действительно солгала, – тон Меган был извиняющимся, а взгляд испуганным. Начинать все заново с другим адвокатом – катастрофа.
