В судебном зале Трейси решает судьбу своего ребенка. Вокруг нее вихрь развода, но она знает, что это больше не ее смертельная игра. Крылья бабочки — это история о женщинах, которые несут на себе весь мир и пытаются найти путь к спасению после неразделенной любви и сломанного сердца....
Трейси задумалась, прислушиваясь к себе, пытаясь определить, что чувствует сейчас. Злость? Нет. Обиду? Немного. Разочарование? Да. Сплошное разочарование. Но не в Брендоне или в себе, скорее, в том, что жизнь действительно не сказка, в которой принц – прекрасный, принцесса – нежная роза, а в конце обязательно «долго и счастливо». Принц – засранец, принцесса – сука, а конец наступил стремительно.
Когда такси остановилось, Трейси вышла, разглядывая ухоженный браунстоун из серого кирпича. Для визита было поздновато, но раньше выбраться не получилось.
"Трейси пошла к парадной, копаясь в сумочке в поисках телефона и чуть не упала, споткнувшись.
– Извините, – смутилась она, проклиная свою неловкость и в принципе сегодняшний день, когда незнакомец придержал ее за плечо. Он не ответил, только бросил на нее косой взгляд и быстро ушел.
– Ну и громила, – тихо проговорила она, разглядывая бритый затылок.
В холле было темно, Трейси не без помощи телефона поднялась по лестнице.
– Меган? – позвала она, входя в темную квартиру. – Меган? – Молчание.
Трейси нащупала выключатель, но электричества, по всей видимости, не было во всем доме. «Может, ее нет?» – подумала она, включая фонарик и сразу спотыкаясь о что-то. Вещи, обломки мебели, осколки.
– Что за?.. – Трейси не договорила, продвигаясь внутрь, разглядывая жуткий беспорядок, нет, погром в каждой комнате.
Трейси осветила просторную гостиную, наверное, уютную в прошлом. Но сейчас оборванные занавески, пустые рамы от картин и разбитые светильники производили пугающее впечатление. Она опустила телефон и, вздрогнув, сделала маленький шаг к низкому столику.
Почему-то первое, что бросилось в глаза – туфля. Меган была утонченной, всегда идеально выглядевшей, а сейчас лежала в одной туфле, вторая валялась рядом. Трейси захотелось вернуть ее на место, а еще поправить задравшуюся юбку светлого платья, прикрыть оголившиеся бедра.
Трейси зажала рот ладонью, полностью осознавая, принимая увиденное: хрупкую тоненькую фигурку на полу, светлые волосы, тонущие в темной луже крови, и распахнутые глаза, красивые, голубые… Но сейчас они походили на стеклянные окна в пустом доме – там внутри никого нет.
