А особенно любила его в предзакатные осенние часы, когда солнечный свет делался по-особенному ярким и теплым, мягко обволакивал здания и разжигал пожар в кронах пожелтевших кленов. Порой в такие моменты мне казалось, что не существует ни прошлого, ни будущего, ни даже настоящего. Что наша жизнь — вне времени и вне пространства, а мы просто не понимаем этого. Живем, как муравьи, копошащиеся в своем большом муравейнике и не видящие ничего дальше пары подобранных веток.
Я гуляла несколько долгих часов, ходила и по центру города, и по маленьким, но уютным улочкам. Рассматривала витрины тех самых магазинов, любовалась ясным небом, вдыхала прозрачный воздух и наслаждалась спокойствием. Уединением. Несмотря на то что меня окружали толпы, я чувствовала себя обособленной от них, отгороженной своим личным непроницаемым панцирем.
Когда стало смеркаться, я решила вернуться домой, чтобы забрать кое-какие вещи. Моя швейная машинка была не слишком громоздкой. Она легко помещалась под специальный, оснащенный ручкой для переноски деревянный колпак, и я хотела взять ее с собой. И для душевного успокоения в стрессовых ситуациях, и в случае, если эти стрессовые ситуации вызовет испорченная одежда. Да и просто приятно, когда рядом есть частичка родного дома.
Домой я возвращалась, минуя Центральную площадь. Невзирая на то, что еще было светло, здесь уже зажглись фонари, разгоняющие первые невесомые сумерки. Кота я взяла на руки и неспешно почесывала это мурчащее чумазое создание за ухом.
Часы на ратуше пробили шесть вечера, и располагающиеся на них фигурки пришли в движение. Распахнулись миниатюрные ворота, и пятнадцать небольших скульптурок появились из них одна за другой. Непроизвольно за ними наблюдая, я вдруг обратила внимание, как из ратуши вышла пара — светловолосый мужчина и держащая его под руку красивая девушка.
Не знаю, что заставило меня задержать на них взгляд. И что заставило этого мужчину, прежде чем сесть в карету, посмотреть в мою сторону — сначала мельком, а потом не отрывать от меня взгляда несколько долгих секунд. Показалось, что на его лице отразилось удивление и что-то вроде узнавания — хотя, возможно, мне просто издали это померещилось.
Тронув за руку, спутница что-то ему сказала, и мужчина слегка тряхнул головой. Больше ни разу на меня не взглянув, сел в карету, и вскоре она скрылась из моего поля зрения.
Я только пожала плечами — спутал он меня, что ли, с кем? Или узнал во мне избранную на последней церемонии?
— Эй, ты чего? — обратилась я к Коту, заметив, что он как-то странно утробно порыкивает и тоже провожает взглядом удаляющуюся карету.
В следующую секунду наглая животина куснула меня за палец и, вырвавшись, спрыгнула на тротуар.