Сирота со старого чердака и феникс из именитого дома, защитник от Тьмы, принадлежат разным мирам. Судьба сталкивает их в один роковой момент, разрушая все преграды между ними. Любовь становится их последней надеждой в борьбе с грядущей опасностью.
Росс придерживал мою голову, а я пила и пила, глотая воду вместе со слезами от боли, как физической, так и моральной.
Когда я, утолив жажду и шумно дыша, пыталась успокоиться, слуга все тем же лишенным эмоций тоном произнес:
— Вам тяжело говорить, поэтому молчите и слушайте. Вы пробыли без сознания трое суток. Доктор Шайн не давал и процента на то, что вы придете в себя. Но, поскольку никогда нельзя исключать вероятность чуда, все эти дни он наблюдал за вами и проводил необходимые для восстановления процедуры. Накануне вечером дал специально приготовленный для вас эликсир, который, по его словам, являлся вашим последним шансом. Лорд Снэш проводит у вашей постели все свободное время. Этой ночью у вас был сильный жар, который удалось сбить только к утру. Полагаю, это было действие эликсира, который все-таки привел к положительному результату. Доктор предупреждал, что в случае того самого чуда могут быть самые разные последствия. Вы не видите, как я понимаю?"
"Меня хватило только на слабый кивок.
— Лорд вместе с доктором Шайном прибудут примерно через два часа, — добавил Росс. — Мне уйти или остаться с вами?
— Остаться, — сдавленно проговорила я.
Подумалось, что, окажись я сейчас в одиночестве среди абсолютной черноты, попросту сойду с ума.
Росс разговорчивостью не отличался, но его присутствие все равно приободряло.
Поразительно, как обостряются остальные органы чувств, когда лишаешься какого-то одного. Я слышала шум ветра за окном и легкий шелест занавесок, чувствовала свежий, прилетающий с вершин гор аромат, к которому примешивался горьковатый запах напитавших комнату лекарств.
Спустя некоторое время мне удалось более-менее успокоиться и взять себя в руки. Нужно просто не думать о том, что будет, если зрение ко мне не вернется. Не думать, и все. Не стоит впадать в отчаяние раньше времени, пока еще ничего не известно наверняка.
Но даже если допустить мысль, что моя слепота — навсегда, о сделанном я не жалела. В конце концов, что такое потеря зрения против потери целой жизни? К тому же жизнь Нориана Снэша гораздо важнее моей. Скольких людей он уже спас, следуя своему долгу, и скольких еще может спасти. А я… Что я? Я всего лишь незначительная капля в огромном океане нашего мира.
Мне хотелось узнать о том, что случилось той ночью, когда прогремел взрыв и Нориан оказался при смерти. Но я решила, что спрошу об этом у него самого.
