Стоя на крыше четырехэтажного дома, я любовалася закатом, когда внезапно сердце забилось так быстро и сильно, как никогда прежде. Воздух был теплым и свежим, словно дыхание любимой девушки. Но в этот момент я поняла, что жизнь имеет заветную неизбежность — сгореть, чтобы возродиться снова, как феникс из пепла. Книга "Крылья Феникса" раскрывает глубокие смыслы любви и перерождения через призму одиночества и стремления к свободе....
Похоже, слухи не слишком-то и преувеличены.
Меня зацепило другое. Возникло ощущение, что лорд Снэш чего-то недоговаривает. Он не соврал, но и не сказал всей правды. Не знаю, почему мне так показалось, но чувство было сильным. О чем он умолчал? Зачем на самом деле мне назначен дополнительный осмотр?"
"Наверное, другая на моем месте, стоя перед фениксом, бездумно согласилась бы на все, не переставая утвердительно кивать. И я бы тоже это сделала, не научи меня жизнь в любых ситуациях рационально смотреть на вещи.
— То есть я могу отказаться? — уточнила спустя короткую паузу.
Судя по взгляду, лорд как раз и ожидал от меня беспрекословного согласия. Но мой вопрос не вызвал у него раздражения или недовольства, скорее легкое удивление и заинтересованность — это я тоже почувствовала интуитивно. Даже странно — не то чтобы я была не слишком проницательной, но настолько отчетливо интуиция еще ни с кем не работала.
— Можете, — подтвердил лорд Снэш. — Но должен заметить, в ваших интересах согласиться. Вы ничего не потеряете, лишь убедитесь, что с вашими искрами все в порядке.
— Обследование будет касаться только моих искр? — спросила и тут же вспомнила о своем последнем… точнее, предпоследнем «обследовании», проводимом родным братом разговаривающего со мной сейчас феникса.
— Да, — согласился лорд Снэш. — Только ваших искр.
И снова показалось, будто он не соврал, но и не озвучил всей правды. Тем не менее причин для отказа у меня не было. Да и, положа руку на сердце, самой хотелось разобраться, почему вместо одной искры у меня вдруг оказалось две.
— В таком случае, жду вас завтра после обеда во врачебном крыле. Обследование не займет много времени.
Пора было уходить, но я медлила. И хотела, и не решалась затронуть другую, очень важную для меня тему. Как это обычно бывало, в конце концов решилась, не дав себе времени передумать.
— Я вас так и не поблагодарила, — произнесла, глядя лорду в лицо. — За то, что спасли меня тогда, на крыше.
Уголки его губ слегка приподнялись.
— Значит, вы меня запомнили? Это моя работа, мисс Трэйндж.
Запомнила ли я? Даже до поступления в институт думала, что это лицо не забуду никогда!
Попрощавшись, я уже уходила из аудитории, когда вдруг почувствовала нечто необъяснимое. Показалось, будто от феникса исходит нечто темное и болезненное, подобное сдавливающим бечевкам, мешающим свободно дышать.
