Автор
В темной ночи океан пульсировал тихо, словно дышал мертвым хриплым шепотом. Один из матросов с ловкостью скорпиона высек огонь кресалом и зажег фонарь для подводной связи. Его товарищ, мастерски читающий звездные карты, уже приближал корабль к месту, где предвестниками убийства были исчезнувшие острова в море. Но что ждет их там — лишь догадки, ведь даже самые опытные кораблины не знают тайны бездны и ужаса огненных драконов....
Приходилось и топором махать, как-то Фундинул даже нанимался телохранителем к богатому гному из Тведело.
И вот теперь у него остались только горстка рилли, топор да мул. Дукатов на пятьдесят серебра удалось припрятать в укромном месте – в подвале мастерской, остальные деньги пошли на строительство – три цеха, жилые комнаты, кузня. И самые новые станки, привезенные с королевских земель из колонии гномов в Мозеле.
Мастерская у. Фундинула получилась лучшая на всем побережье. Ему завидовали и гномы и местные мастера. В подмастерья он взял двух молодых гномов, на его взгляд совершенно бестолковых.
Поначалу заказов было мало, но потом дела пошли. Мастерская делала брошки, застежки, штамповала пуговицы, свивала нитки для золотошвеек, чеканила пряжки для обуви и ремней. Изредка приходилось делать искусную брошь или диадему, однако такие заказы поступали редко, и большей частью серебро переводили на пряжки и пуговицы.
А потом прискакали разбойники, взяли город штурмом и стали ломать мастерскую да грабить серебро.
Позже, когда в голове прояснилось, Фундинул понял, что нужно скорее бежать, не то, вернувшись с подкреплением, разбойники непременно его прирежут.
И он сбежал, а желание отомстить привело его к замку Марингер. Гном надеялся, что, услышав его рассказ о бесчинствах разбойников, его сиятельство как бювард герцога немедленно поведет войско на Коттон и переловит грабителей.
Впрочем, теперь эти проблемы не очень занимали Фундинула, у него и своих хватало. Годы шли, а у него не было подруги и найти ее не было никакой возможности, ведь среди людей жили только гномы мужского пола, добытчики.
Шустрик размеренно топал по пыльной дороге, а когда спустился в низину, замотал головой и попытался дотянуться до росшего на обочине клевера.
