Автор
В этом психологическом приключенце злые духи используют самые жестокие методы для причинения вреда главному герою — отцовской фигура выступает в роли хладнокровного нарушителя границ. Смерть родителей и бесчеловечные телесные мучения — это лишь начало, после которого жизнь героя становится еще более драматичной: депрессия, самоубийственные冲动，咬人。虽然初期氛围阴沉且充满悬疑，但最终系列仍将以幸福的结局收尾。适合喜欢复杂心理博弈和紧张刺激剧情的读者。...
Ты идешь своей дорогой, я иду своей. До сих пор это чертовски хорошо работало.
— Пойдем со мной, — сказал он.
— Что?
— Пойдем со мной на ночь. Я хочу, чтобы ты кое-что увидела.
— Я никуда с тобой не пойду, — прошептала я, но знала, что он слышит это в моем голосе. Неуверенность. Сомнение.
Мы оба знали, что я хочу как можно скорее оказаться как можно дальше от этого проклятого замка.
Челюсть Вульфа сжалась, когда он посмотрел на меня. — Пойдем. — Он вышел из комнаты и закрыл за собой дверь, не дожидаясь, последую ли я за ним.
Наверное, потому что он знал, что я последую."
"Я выскочила за дверь и помчалась по коридору, не успев обдумать свои действия, не успев осознать, как жалко и неловко мне было прогибаться под него, особенно после того, как я только что согласилась на связь с Лэнсоном во время последнего испытания. По крайней мере, он шел прямо передо мной, а не корил меня за то, что я поступила так, как мы оба знали.
Нет, он шел, откинув плечи назад и держась на ногах. Как будто… нервничал.
— Куда мы идем? — спросила я, догоняя его, когда он провел нас через задние двери замка в лес.
В тот самый лес, в котором я не так давно убила Райдера. С тех пор я сюда не возвращалась и не доверяла ночным теням.
— В последнее время ты сама не своя, — ответил он.
— О чем ты говоришь? Ты не настолько хорошо меня знаешь, чтобы делать подобные выводы.
Я не могла отрицать нотки гнева в его словах. От него у меня защемило в груди и заколотилось сердце.
— Я говорю о том, что ты убийца, Охотница.
Он продолжал идти вперед, его ботинки с толстыми черными подошвами сминали опавшие листья. Он не замедлил шага. Не повернулся, чтобы посмотреть, иду ли я за ним.
Я шла.
— Это было совсем другое, — ответила я. — То, что ты видел, как я делала в Мидгрейве, это было…
— Что это было? Кто-то другой?
— Нет, это был…
— Что? — переспросил он, его голос превратился в рычание, от которого у меня по рукам побежали мурашки. — Что изменилось? Потому что я точно знаю, что ты не станешь мягкой.
— Я не стану мягкой.
— Правда? — Он повернулся ко мне лицом; я чуть не врезалась ему в грудь. — Потому что то смертоносное оружие, которое я встретил в Мидгрейве, уж точно не согласилось бы связать себя узами с каким-то случайным долбаным фейри.
У меня перехватило дыхание. — Ты шпионил за мной?
— Вряд ли. Вы двое точно не прятались.
Горячее смущение закралось мне на шею.
