Автор
В этом психологическом приключенце злые духи используют самые жестокие методы для причинения вреда главному герою — отцовской фигура выступает в роли хладнокровного нарушителя границ. Смерть родителей и бесчеловечные телесные мучения — это лишь начало, после которого жизнь героя становится еще более драматичной: депрессия, самоубийственные冲动，咬人。虽然初期氛围阴沉且充满悬疑，但最终系列仍将以幸福的结局收尾。适合喜欢复杂心理博弈和紧张刺激剧情的读者。...
Мне так жаль, Хантир, ты должна мне поверить.
— Ты сказал мне, что я могу тебе доверять, — прошипела я. — Черт возьми, Лэнсон. Я рассчитывала, что ты меня прикроешь.
— Я знаю!
— Что изменилось? Раньше ты заступался за меня, так что же случилось? Это из-за Эспека? Это из-за того, как мы сражались?
— Я просто удивился, вот и все, — прошептал он, подойдя еще ближе. Если бы я могла вздрогнуть, я бы так и сделала.
— Я открылась тебе, — сказала я, ненавидя то, как горит мое горло. — Я рассказала тебе свой секрет, Лэнсон, и что теперь? Я должна думать, что ты будешь бороться за меня? Как я могу снова доверять тебе?
— Хантир, пожалуйста, — взмолился он, закрывая глаза с красными ободками.
— Единственная причина, по которой я сейчас жива, — это он. — Я кивнула в сторону Вульфа.
Ноздри Лэнсона раздулись, вспышка гнева отразилась на его лице. — Не говори так. Мы все еще можем пройти через это, Хантир. Мы все еще можем бороться с этим вместе.
— Как? — выплюнула я. — Как я могу заключить с тобой союз, когда вижу, какой ты на самом деле, Лэнсон? — Слезы угрожали моим глазам.
Он сделал шаг назад, как будто мои слова физически ударили его. — Я? — переспросил он. — Ты думаешь, я слабак?
— Осторожнее, — прорычал Вульф из дверного проема.
— Ты всем врала все это время, Хантир, — шипел он. — И мне в том числе. Ты заставила меня думать, что тебе нужна моя помощь. Ты заставила меня думать, что ты…
— Что? — надавила я. — Я заставила тебя думать, что я кто, Лэнсон?
— Мягкая, — сказал он.
Я хмыкнула. — Я совсем на тебя не похожа.
— Теперь я это вижу. Ты убийца, Хантир. Ты жестокая, темная и кровожадная. Я могу бежать от тьмы, но, по крайней мере, не погрязаю в ней.
— Убирайся, — приказала я.
Его глаза расширились. Я знала, что он пожалел о своих словах, как только они покинули его рот.
Но мне было все равно.
— Убирайся к чертовой матери, — повторила я.
Он подождал еще секунду. Чего он ждал? Я не была уверена.
— Ты слышал ее. — Вульф распахнул дверь как можно шире. — Убирайся к чертовой матери.
Лэнсон повернулся на каблуке и вышел, но не раньше, чем прошептал: «Вы двое заслуживаете друг друга», сжав кулаки и оскалив зубы.
Вульф закрыл за ним дверь, едва не прищемив себе пятку.
— Я всегда его ненавидел, — сказал он совершенно искренне. — Ты права. Он трус.
Я прикрыла глаза, почувствовав внезапную волну тошноты.
