Автор
В этом психологическом приключенце злые духи используют самые жестокие методы для причинения вреда главному герою — отцовской фигура выступает в роли хладнокровного нарушителя границ. Смерть родителей и бесчеловечные телесные мучения — это лишь начало, после которого жизнь героя становится еще более драматичной: депрессия, самоубийственные冲动，咬人。虽然初期氛围阴沉且充满悬疑，但最终系列仍将以幸福的结局收尾。适合喜欢复杂心理博弈和紧张刺激剧情的读者。...
— Если бы я знала, что тебя можно поставить на колени, ударив между крыльями, я бы давно это сделала. — Я усмехнулась и уперла руки в бока.
Но Вульф еще не закончил. Он схватил меня сзади за икры и вывел из равновесия, заставив рухнуть на спину перед ним.
Он наклонился вперед и склонился надо мной, выставив напоказ свои черные ангельские крылья. — Если ты хочешь, чтобы я стоял на коленях, Охотница, тебе нужно только попросить.
В глубине души я понимала, что он издевается надо мной, пытаясь отвлечь.
В глубине души я понимала, что он несерьезен.
Но то, как его взгляд скользнул по моему лицу и задержался на губах. То, как его рука коснулась задней части моей ноги, дразняще поглаживая ее под коленом.
Если это был отвлекающий маневр, то он был чертовски хорош.
— Отлично, — прервал нас голос Лэнсона.
Я отшатнулась от Вульфа и поднялась на ноги, изо всех сил смахивая грязь со спины.
— Что тебе теперь нужно? — спросил Вульф со скучающим вздохом.
— Вы действительно не можете держать это в своей спальне? — прорычал Лэнсон.
Это был не тот Лэнсон, которого я знала. Тот Лэнсон, которого я знала, не был склонен к конфронтации. Он проглатывал свои обиды.
Но он всегда завидовал Вульфу.
— Ты не знаешь, о чем говоришь, — пробормотала я.
— Хватит, — прошипел он. Вульф поднялся на ноги рядом со мной. — Хватит мне врать, Хантир. Ты только и делаешь, что врешь.
Эшлани была рядом с ним и тянула его за руку. — Прекрати это, Лэнсон, — прошептала она."
"— Я не вру, — сказала я, на этот раз громче. Я не знала, почему мне так необходимо защищаться, особенно перед Лэнсоном. — Между нами ничего нет. Я уже говорила тебе об этом, и это по-прежнему правда. Не то чтобы это как-то тебя касалось.
Он рассмеялся, но это был уже не тот заливистый смех, который я слышала раньше. Он был надтреснутым и злым, наполненным эмоциями, которые невозможно было сдержать.
Он говорил слишком громко, и бойцы вокруг нас начали переглядываться.
— Прекрати, Лэнсон! — снова зашипела Эшлани.
— Нет, — проворчал Вульф, сузив глаза. — Пожалуйста, продолжай.
Внимание Лэнсона переключилось на него. Его ноздри раздувались, лицо покраснело от гнева. — Пошел ты, — прошипел он.
Вульф не сдвинулся с места.
Лэнсон шагнул вперед, к Вульфу. Слишком близко.
