Автор
В этом психологическом приключенце злые духи используют самые жестокие методы для причинения вреда главному герою — отцовской фигура выступает в роли хладнокровного нарушителя границ. Смерть родителей и бесчеловечные телесные мучения — это лишь начало, после которого жизнь героя становится еще более драматичной: депрессия, самоубийственные冲动，咬人。虽然初期氛围阴沉且充满悬疑，但最终系列仍将以幸福的结局收尾。适合喜欢复杂心理博弈和紧张刺激剧情的读者。...
Я должна была стать его зеркалом, сражаться, как сама богиня, и не допускать ни единой ошибки."
"Инстинкт подсказывал мне, что я могу быть лучше. Могу сражаться лучше. Но споры с ним только злили его еще больше.
«Слова тебе не помогут», — говорил он. И был прав.
Моя борьба помогла бы мне. Стать лучше, сильнее, быстрее — это спасло бы меня от его наказаний.
Но не мои слова.
Я опустила голову и последовала за мужчиной из логова, в молчании пройдя через небольшой туннельный вход в подземную пещеру, пока прохладный ночной воздух не коснулся моего лица.
Мужчина, не колеблясь, бросился по аллее, прочь от Фантома, прочь от меня. Я повернулась на пятках и побежала в ночь, по темным переулкам и крытым входам.
Это было одно из первых правил Лорда. Никто не знал других Фантомов. Никто не раскрывал свою личность. Мы сражались в тренировочных целях, но никогда не открывали своих лиц.
Так мы все оставались в безопасности. Подружиться с другими, наладить с ними отношения — все это только отвлекало бы нас.
Я продолжала бежать от своего противника, мои черные боевые ботинки вели меня по сырым переулкам, расстилавшимся передо мной. Маршрут был уже таким знакомым, и я любила бывать на улице по ночам, когда улицы опустеют и взойдет луна.
Мидгрейв уже не казался таким отвратительным, когда на него опустились тени, скрывая суровую реальность того, что на самом деле осталось на этих улицах.
Бездомные дети, голодные животные, кучи мусора.
Я прошла мимо здания, где раньше находилась школа, но теперь от нее остались лишь две стены и груда обломков, где раньше учились дети фейри. За ним находилось несколько недавно построенных домов, каждый из которых имел четыре стены и крышу. Это было не так уж много, но в здешних местах это считалось практически роскошью. Здесь жили несколько стариков — те, кто прожил достаточно долго, чтобы заслужить эти новые дома.
В переулке рядом со мной раздалось несколько голосов и смех, но я опустила голову и продолжила идти. Заводить друзей было не в моих правилах, и я обнаружила, что оставаться наедине с собой — лучший способ сосредоточиться. Ветер доносил до меня запах горящего дерева и жареного мяса, от которого у меня в животе все переворачивалось.
Мидгрейв отнюдь не был маленьким, но мне он казался именно таким. Он казался мне ограниченным.
