В мирном конце света, где Москва находит себя в тени Казанского озера, разгорается буря перемен. Грянет гремящий крик прогресса, когда Россия подстерегают неизбежные потоки истории и непредсказуемые ветра будущего. Москвичи обозревают переломный момент с надеждой и тревогой - они готовы на всё, чтобы выжить и стать центром новой эры....
Солдаты и офицеры уже прекрасно знали, что нужно немного потерпеть, или даже ускориться. Ведь где-то в трех-пяти верстах уже закипела вода и там размачивается солонина, а из мешков с крупой обмеряется норма крупы.
Было с чем сравнивать. Мы же передвигались не в гордом одиночестве, а лишь догоняли или опережали полки дивизии, сформированной генерал-майором Юрием Фёдоровичем Лесли. Его передовые части отправились на неделю раньше, чем это сделали мы.
Но вот прошла вторая неделя нашего перехода, и мы нагнали передовые части, значительно опередив все те полки, с которыми одновременно выходили.
Однако, если иметь в своём отряде отдельное подразделение, которое будет отвечать за быт бойцов и готовить отдых, то всё получится. В итоге увеличивается скорость передвижения практически в два раза, при этом усталость солдат и офицеров не накапливается до критического объема. А при регулярном горячем питании, всегда с подготовленной водой — это уменьшение санитарных потерь в два и более раза.
"В сравнении с иными подразделениями у нас был самый маленький процент заболевших. Да и то — восемь человек заболели буквально на второй день после нашего выхода. А это, скорее всего, более раннее заражение. Хорошо бы было и вовсе не считать их в статистику, но тут уж из песни слова не выкинешь. Мне же не нужно готовить бравые отчеты начальству, чтобы что-то не учитывать. Напротив, лучше немного сгущать краски, а то получается в чистом виде хвастовство [Суворову так же не сразу поверили, что он может преодолеть тысячу верст своим полком и при этом ни одного умершего].
— Ваше высокопревосходительство, секунд-майор Норов с вверенным мне Третьим Петербургским батальоном Измайловского полка Её Величества Гвардии прибыл для дальнейшего прохождения службы! — отчеканил я, переступив порог кабинета главнокомандующего русской армии Христофора Антоновича Миниха.
— Вот и где вы, господин Норов, всего этого набираетесь? Вот откуда у вас такая форма представления? — спокойно, лишь с небольшой толикой любопытства в голосе спрашивал фельдмаршал.
Мне уже традиционно оставалось делать вид лихой и слегка придурковатый. Что я ему объясню? Что подобную, или похожую форму приветствия в Красной армии, а потом и в Советской, вдалбливали прочно и до самой смерти?
Одна из русских армий располагалась в Изюме. Сложно располагалась, нужно сказать. Городок небольшой.
