В Александр-Шанц, где солдатская рота мушкетеров стоит на боевой готовности, дядька капрал Цыган указывает на группу незнакомцев. Здесь воздух напряжен от недавних событий, и чувствуется что-то необычное в приближении высокопоставленных лиц — словно мир тонет в тайны, скрывающихся за обычными повседневностью....
Да, заскочи еще к местному кузнецу, спроси железного инструмента, только помельче. И, если есть, какие-нибудь клещи с удлиненными челюстями. Найдутся – тоже их тащи сюда. Такие иногда бывают, правда, вряд ли их в сельской кузне удастся разыскать. Соберешь все и галопом сюда. Если давать чего-нибудь не будут – скажи, что это повеление самого хана и сейчас он, разгневанный, лично сюда подъедет. Думаю, все тут же и решится. Держи серебро, чтобы они посговорчивее там были, – и он кинул барабанщику свой кошель.
Подпрапорщик Лужин в это время пришел в себя и, лежа на груди, тихо постанывал.
– Терпи, Федор, терпи, дорогой, – успокаивал его Алексей. – Сейчас только вот пулю у тебя вынем, немного подлечим, и будешь ты у нас опять как новенький!
– Побольше огня нужно будет, Макарович, – попросил он сержанта. – Сушняка пусть ребятки наготовят. Мне кипятка много потребуется.
Через час на кострах уже грелась в котлах вода, а Алексей, расстелив чистую ткань, готовился раскладывать на ней все имеющиеся у него инструменты.
– Ну вот что я не взял с собой Спиридоновича? – корил он в какой уже раз себя.
От подлекаря Фрола толку здесь было мало, так, если только рану перевязать, руку или ногу лубком зафиксировать, ну и прочее по мелочи. Для серьезной операции он сейчас явно не годился.
– Да и я ведь не хирург! – вдохнул майор.
Да-а, а привезенные клещи были явно большими. И Лешка бросил их вслед за трофейным и за своим личным кинжалом в кипящую в котле воду. Туда же булькнул шомпол, игла и шило для пробивки затравочного отверстия ударного ружейного замка.
– Нужно будет озаботиться и ввести в каждый плутонг должность подлекаря-санитара, – рассказывал он сидящему рядом бледному поручику.
