В Александр-Шанц, где солдатская рота мушкетеров стоит на боевой готовности, дядька капрал Цыган указывает на группу незнакомцев. Здесь воздух напряжен от недавних событий, и чувствуется что-то необычное в приближении высокопоставленных лиц — словно мир тонет в тайны, скрывающихся за обычными повседневностью....
– Ну, убедился теперь сам, Платон Миколаевич, шо твоих людей здесь дуже мало сейчас будет?
– Та хто же знав, що усе так! – усмехнулся старшина. – Тут справді всю сотню доведеться теперь збирати!
– Ну вот и собирай, – кивнул Егоров. – Ладно, занимайтесь своим делом, не буду я вам мешать.
– Никита, а ну хватит бездельничать! До четвертого форта давай сходим, проведаем, как там у них работы идут! – окрикнул он вестового, с интересом осматривающего покалеченный баркас.
На укреплениях четвертого форта возились как егеря из воронежской команды, так и солдаты-пехотинцы из строительной роты.
– Сейчас еще на один аршин углубимся, а всю вынутую землю на вал сверху надсыплем, – объяснял подпоручик Рожков. – Капитан Мутьев посоветовал нам лучше из толстого самана все внешние стены форта здесь делать. Пара футов толщины – и никакая пуля или даже ядро, как он говорит, тогда нам здесь не страшны будут.
Рядом топтался молодой прапорщик, состоявший старшим при строительной команде.
– Здравия желаю, господин майор! Не узнаете меня?
– Ну как же такого бравого офицера не узнать? – улыбнулся Егоров. – Александр Скобелев, если я не ошибаюсь?
– Так точно, господин майор, – подтвердил паренек. – Вы мне месяц назад сами в крепости посоветовали в егеря переходить, для настоящей воинской службы. Есть ли у меня сейчас такая возможность – стать вашим офицером? Я слышал, что у вас в роте вакансия открылась.
– Хм, – хмыкнул Алексей, разглядывая молоденького прапорщика.
