НОРМАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ ЖИВОТНОГО. Был уже конец рабочего дня, когда я подъехал к своей конторе. Тень от акации, где обычно я оставлял свой «жигуль», отползла далеко в сторону. К тому же там прохлаждался черный "Лендкрузер" с темными стеклами, словно глаза забиты грязью. Мне пришлось поставить машину подальше и оставить ее на свету до тех пор, пока не раздобыти несколько тонких полотенца из офиса....
Заднюю дверь я подставил под милицейский «УАЗ», спасая Ирэн. Я был готов на самую отчаянную дерзость ради ее спасения. И сейчас я готов совершить нечто безрассудное, лишь бы найти ее. Только цель теперь другая… Я провел рукой по пыльному бамперу. Палец почти сразу нашел шероховатую нашлепку. След ремонта. Сделано наскоро и не очень аккуратно. Шпатлевке, закрывшей пулевое отверстие, надо было дать высохнуть, а затем отполировать ее шлифовальным кругом. В автомастерской, которая сгорела, наверное, не было такого инструмента, и мастер шлифовал вручную, обыкновенной наждачкой.
"Что-то щекотало мне щеку. Я провел по ней пальцем. Кажется, моя поцарапанная скула снова стала кровоточить. Глина и кровь – жуткий макияж! Не приведи господь мне увидеть свое лицо в зеркале!.. Пять широких шагов – и я у двери, под яркой лампочкой. Рядом со мной стояло мое прозрачное отражение. Парень в джинсах, с голым торсом и с «калашом» в руке. Лицо коричневое, страшное.
Я открыл дверь и юркнул внутрь. Сбоку – большое стекло с надписью «Дежурный». За ним горит свет. Пульт. Телефоны. Телевизор, издающий крики и выстрелы. В стекле – полукруглое окошечко, вырезанное на таком уровне от пола, чтобы всякий, кто обращался к дежурному, почувствовал себя униженным. Из окошечка тянет табачным дымом.
