Кроме того, скоро весна, а реки, являющиеся для нас естественные рубежами обороны, тоже текут с востока на запад…
– Очень хорошо, – кивнул Верховный Главнокомандующий, – значит, если мы нарушим немецкие перевозки от Витебска к Дедовичам, то никакого удара во фланг Бережному у немцев не получится?
– Так точно, товарищ Сталин, – кивнул Василевский, – с началом немецкой перегруппировки мы планировали резко увеличить активность наших разведывательно-диверсионных групп в районах железнодорожных узлов Невель и Новосокольники…
– Отлично, – кивнул Сталин, – но этого недостаточно, так можно лишь замедлить и ослабить удар, но не предотвратить его. У нас есть средство куда лучше, – вождь повернулся к Берии, – Лаврентий, ты говорил, что твои люди закончили работу по этому, как его, напалму…
– Так точно, товарищ Сталин, закончили, – подтвердил «лучший менеджер всех времен и народов», – только наши специалисты говорят, что это оружие эффективно лишь при значительных концентрациях войск противника.
– Концентрацию войск противника мы создадим, – Сталин подошел к висящей на стене карте, – вот тут, в окрестностях Невеля, наши диверсанты взорвут мосты севернее станции и создадут пробку. Когда железнодорожный узел будет забит немецкими войсками, наши летчики устроят оккупантам настоящие Содом и Гоморру. Слышите, товарищ Голованов? Авиагруппа особого назначения подавит на станции зенитную артиллерию, после чего задача вашей дивизии – сжечь эту станцию вместе с немцами в пепел. Чем больше их там соберется, тем сильнее будет эффект…
1 марта 1942 года, раннее утро. Псков"
"Утро 1 марта 1942 года выдалось для генерал-полковника фон Кюхлера полным хлопот. Как раз в стиле древнекитайского проклятия: «Чтоб ты жил в интересное время». Где-то на востоке, в районе Старой Руссы глухо грохотали тяжелая артиллерия русских, здесь же в Пскове, в месте дислокации штаба группы армий «Север», было тихо, подозрительно тихо. Псков находился в глубоком тылу, в ста пятидесяти километрах от линии фронта. И лишь глухое ворчание «сталинских кувалд» подсказывало его жителям, что фронт еще есть и Красная армия пока еще воюет.
Древний Псков, построенный по типичному для древних славян принципу основания крепостей при слиянии двух рек, видел многое за свое тысячелетнее существование. Под его стенами побывали литвины князя Ягайло и немецкие крестоносцы, в злосчастную двадцатипятилетнюю Ливонскую войну его осаждали войска польского короля Стефана Батория, а чуть позже мушкетеры и драгуны шведского короля Густава Адольфа.
А сейчас по улицам древнего русского города мерно вышагивали обутые в подкованные сапоги патрули оккупантов. Ночь. Новый порядок. Комендантский час.