В кабинете полковника Тарасова напряжение росло с каждой минутой: восемь человек из оккупированного Перекопа столпились вокруг него, ждя слово. Сообщение о том, что перекопские укрепления были пробиты противником, привело к панике среди военных. Полковник Тарасов с оттенком холодной уверенности подтвердил噩耗，气氛瞬间凝重起来。...
И недоумеваем, куда он запропастился и по какой такой причине. Ему бы, наоборот, быть сейчас на виду, как и всем другим выжившим подпольщикам, так ведь нет же – исчез. Будто нарочно. Ладно… Мы знаем также, что настоящее имя этого Бильярдиста – скорее всего Никита Филиппов. Так? – и Ольхин вопросительно посмотрел на Волошко и Завьялова.
– Допустим, – осторожно произнес Волошко, а Завьялов лишь молча кивнул."
"– Хорошо, – сказал Ольхин. – Тогда двигаемся дальше. А дальше – у нас имеются сведения от Битка об одном его недруге, который, по его предположениям, немецкий агент.
Ольхин умолк и перевел дух. Помолчав, он продолжил:
– Катим дальше… Я поинтересовался у Битка приметами его знакомца Никиты Филиппова. Оказалось, его приметы очень похожи на приметы подпольщика Бильярдиста. Все – начиная от его улыбки и заканчивая руками. Помните, мы говорили с двумя женщинами – подпольщицей Ласточкой и Надеждой, которая назвалась женой Бильярдиста? Припоминаете, что они говорили насчет его примет? Все один к одному, в том числе и особые приметы.
– Кажется, я знаю, как его распутать, – сказал Волошко. – Для начала нужно выстроить четкую картинку.
– Ну, попробуй, – почти одновременно произнесли Ольхин и Завьялов.
