Весна 1944 года. В Крыму фашисты разоблачают советскую подпольную группу. Спасаются только пятеро бойцов, уверенные в предательстве. Один из них становится подозреваемым. Сотрудникам СМЕРШа предстоит найти предателя и разоблачить опасного врага, скрывающегося в рядах советских спецназовцев.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Крымский оборотень» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Весна 1944 года. В Крыму фашисты разоблачают советскую подпольную группу. Спасаются только пятеро бойцов, уверенные в предательстве. Один из них становится подозреваемым. Сотрудникам СМЕРШа предстоит найти предателя и разоблачить опасного врага, скрывающегося в рядах советских спецназовцев.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Весна 1944 года. В Крыму фашисты разоблачают советскую подпольную группу. Спасаются только пятеро бойцов, уверенные в предательстве. Один из них становится подозреваемым. Сотрудникам СМЕРШа предстоит найти предателя и разоблачить опасного врага, скрывающегося в рядах советских спецназовцев.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Вот такие дела.
– Это достоверные сведения? – спросила Ласточка.
– Куда уж достовернее, – скривился Ольхин.
– Вот как, – в раздумье вымолвил Стратег. – Бильярдист… Кто же он на самом деле? И как вы его разоблачили? Если, конечно, это не секрет.
– Степан, – глянул Ольхин на Волошко. – Расскажи ты. У тебя это получится лучше.
…После того как Волошко закончил рассказывать, все долго молчали.
– И все равно я не могу понять, – отозвалась наконец Ласточка. – Ведь он же – свой, советский. Хотя и авантюрист, но все равно – русский. Зачем же он так?
– Предательство вообще невозможно понять, – вздохнул Ольхин. – Сколько я с ними ни сталкивался, с разными предателями, шпионами, диверсантами, а все равно – не понимаю! Ну да ладно! – махнул он рукой. – Наше дело – изобличить и поймать предателя. Вот мы изобличили и поймали. А размышлять над их мотивами и копаться в их душах будем потом – когда закончится война.
– И что же нам делать теперь? – спросил Лихой.
– Жить, – сказал Ольхин. – Как полагается честным людям. Воевать. Война-то еще не закончилась.
– В городской милиции требуются толковые люди, – вспомнил Завьялов. – Закаленные, с боевым опытом. А то ведь там сейчас такое горе горькое… – он вспомнил девушку-следователя и невесело усмехнулся. – Я уже говорил о вас с начальником милиции. Сказал, что подошлю ему нескольких серьезных кандидатов на должности милиционеров. Так что вы подумайте. Там – тоже война.
– Мы подумаем, – сказал Лихой, а остальные кивнули.
Когда Ольхин, Завьялов и Волошко вышли из бывшей конспиративной квартиры и уже уселись в свой верный трофейный «штовер», их кто-то окликнул. К ним торопливым шагом приблизился какой-то боец.
– Я – Ветряков, – сказал он, обращаясь к Ольхину. – Ну, тот самый сержант Ветряков, который ловил с вами шпиона…
– Я помню, – сказал Ольхин. – Что-то случилось?
– Я хотел спросить, – помялся Ветряков. – Ну, насчет шпиона. Что же, поймали его?"
"– Да, – сказал Ольхин. – В том числе благодаря тебе и твоим бойцам. Так им и скажи. Так что благодарю за помощь.
– Это хорошо, – сказал Ветряков.
– Еще что-то? – спросил Ольхин.
– Так точно, – нерешительно произнес Ветряков. – Я тут слышал, что один из ваших погиб?
– Погиб, – кивнул Ольхин. – Когда ликвидировали базу диверсантов в горах. Гиви Вашаломидзе.
– Ну да, ну да… – сержант переступил с ноги на ногу.
– Да ты не тяни кота за хвост! – не выдержал Волошко. – Говори толком, что тебе надо! А то нам пора ехать!
– Рапорт я написал, – пояснил Ветряков. – Насчет перевода в вашу команду. Для дальнейшей, стало быть, службы. У вас ведь один погиб… Значит, образовалась вакансия. Так, может, я сгожусь на эту вакансию? Вот я и написал рапорт. А мне говорят, спроси у Ольхина. У вас то есть, товарищ капитан.
