– он хохотнул, изображая из себя уличного ‘пасана’, – Ну, там, тортиком побаловать свою френдлиху? А эта корова – нипочём! Я ей говорю: ‘Они ж испортятся на жаре – ты посмотри, сколько ты их нахапала! Сдохнешь от отравления! Да и вообще, у тебя же ряшка – проще перепрыгнуть, чем обойти! Тебе же эти торты не нужны по слабости здоровья! На, говорю, за вон тот бисквитный с цветочками и вон тот песочный с зАмками тебе пара диодных фанариков и горсть батареек, – последние, в зале уже подмели всё. Выгодный гешефт, ферштейн? Будешь ‘на сладком’ и со светом! А это счастье мясокомбината ни в какую! Пришлось, хммм... включить всю убедительность, на какую был способен, да... и всю обаятельность... – И что, обаял? – Ну так! Я ж обаятельный! – Толик заржал, – Обаял! И фонарики сэкономил, раз сразу не согласилась! А у неё сейчас сладкая полоса в жизни пошла, – ща ейный мужик приедет, будет её отчищать... или облизывать, как уж они там договоряцца!.. Всё эти комедии смотришь-смотришь, где персонажи тортами кидаются, так дай, думаю, хоть раз вживую попробую? Нормально получилось! Только выбирать торты нужно что покрепче, песочные, а то кремовые в момент броска разваливаются... Хы! Серый, хошь бисквитный?.. Вместе с нами по залам шарились ещё несколько таких же как мы маленьких групп мародёров. Даже и с женщинами. Все были деловиты, сосредоточены и неагрессивны. Все ДЕЛОМ ЗАНИМАЛИСЬ! Даже подсказывали друг другу, что вон там-то есть ещё остатки стеллажей с воздушной кукурузой, а сумки можно найти на втором этаже, но большие уже растащили... Шастали по огромному разорённому зданию с фонариками, как шахтёры какие-нибудь. – А что арендаторы не вывезли товар? – спросил Толик, копаясь в груде одежды в бутиках на втором этаже. От стеклянных дверей в магазинчики остались лишь куски стекла, висящие на петлях. Судя по всему, их выносили здоровыми бетонными основаниями под мусорки, которые валялись тут же. – Наверно, не успели. Ты думаешь, владельцы гипера были озабочены их информированием? А потом уже поздно было лезть – затоптали бы... Да и что тут вывозить – гламурные шмотки? Вон, свадебные платья? – батя с презрением наподдал ногой кучу мятого гипюрового и кружевного шмотья, белого и в цветочках, – начерта всё это, Толян? Пошли поищем что доброе. – Погодь. О, вот эта пойдёт, – Толян примерил очередную ветровку и остался ей доволен. Выгреб из карманов своей старой всё и переложил в карманы обновки. – Серый, ты тоже не теряйся, – обнови, блин, гардероб! Социальная парадигма, блин, сменилась – как говорит твой батя! – он громко заржал; из соседнего стеклянного отсека – клетушки шарахнулась тёмная фигура, и побежала к выходу. Мы проводили её взглядом. – Ты знаешь, я предлагаю переночевать здесь...