И потому, что мне – да, это нравится! И чо?? Ты сам, сам говорил, что ‘парадигма сменилась’, что сейчас то, что ценилось раньше – отменяется; что на первый план выходят другие ценности и другие умения начинают цениться! Не ‘служение общему благу’, как никогда и не было; и не ‘всестороннее раскрытие натуры и творческого потенциала человека’, не ‘гуманитарные ценности’, – а ценности и потребности изначальные, природные: выжить, помочь выжить своей стае, дать потомство... Ага. – Он хотел сказать ‘и защитить и вырастить его’, но поймал себя на мысли, что для него самого это понятие ‘потомства’ и защиты его – просто пустой звук; вот ‘сам процесс’... И продолжил, близко дыша в лицо Олегу потом и адреналином: – Умение убить – на первом плане! Ты сам это знаешь! И так всегда в истории было! Это как профессия. Ты сам говорил, в истории всегда ценились люди, способные пролить кровь – и свою, и чужую. Я рисковал?? Очень, по сути, рисковал – всё же три матёрых бойца. Ну, может, не матёрых... Но всё одно риск был меньше, чем ‘обезоруживать’, как ты нёс пургу. Нам нужно было оружие – я взял его наиболее простым способом, – в чём косяк?? В том, что с тобой не посоветовался? Так и скажи – пренебрёг, типа, моей санкцией! А если мне сам процесс ещё и нравится, – в чём косяк?? Хорошего столяра ведь никто не упрекает, что ему нравится возиться с деревом; или певца – что ему нравится петь. Чем плохо, если Крыс будет классным профессионалом – в деле, востребованном в Новом Мире?? Так что ты из себя целку строишь, и вещаешь ‘не хочу, чтобы Крыс таким стал!..’ А каким он стать должен? Как ты – подкаблучником? – Я не подкаблучник... – А, не подкаблучник!.. – И не хочу, чтобы Сергей полностью стал Крысом; хочу, чтобы оставался Сергеем! Чтобы ему НЕ НРАВИЛОСЬ убивать! – А как можно хорошо делать то дело, которое не нравится?? – Просто профессионально... – Это говно можно черпать ‘просто профессионально’, – и, желательно, без эмоций; а воевать, убивать, – нужно полюбить, чтоб хорошо получалось!! Ты же... – Эй!.. Идите сюда, гляньте, что я нашёл! – прервал тягостный для обоих разговор крик Сергея из другой комнаты. ПЕР-СПЕК-ТИВЫ Толик вернулся из очередного ‘похода на разведку’. – Да, мы в городе не одиноки... – Ну, это не новость, я часто вижу... – Нет-нет, я не о том. Я не о пенсионерах, не о ‘брошенных бабушках’, ныкающихся по подвалам. И не о Администрации. Дело в том, что кроме нас тоже есть, так сказать, укреплённые позиции. Частные, типа. – Например? – Я пока знаю две. Первая – это военное кладбище – ну, знаешь – на котором Устоса похоронили, оно же в центре города... Там ограда такая мощная... – Да знаю-знаю, и что там?.. – Полазил там, понаблюдал. Там кто-то сильно укрепляется. Что они и сделали: там ведь церковь стоит посреди кладбища.